О некоторых вопросах применения гл. 35 Арбитражного процессуального кодекса РФ в практике Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа | ФАС Северо-Кавказского округа

## Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа

- Контакты
- Президиум
- Правовые основы
- Статистика
- Новости
- Структура суда
- Информация о судах округа
- Жалобы на действия судей
- Вакансии
- Пресс-служба
- Электронный страж
- Калькулятор государственной пошлины
- Государственные закупки
- Вестник ФАС СКО
- Арбитражная практика
- Калькулятор суммы задолженности
- Научно-консультативный совет
- Карта сайта
- Доклады, отчеты, обзоры, статистическая информация
- Ссылки на сайты
- Мобильная версия сайта

О суде
  - История создания
  - Наши сотрудники
  - Основные организационные документы
  - Полномочия суда
  - Структура суда
  - Наши судьи
  - Статистика суда
  - Новости
  - Президиум
  - Кадровое обеспечение
  - Режим работы и контактная информация
  - Пресс-служба
  - Противодействие коррупции
  - Подача обращений на действия судей и работников аппарата
  - Научно-Консультативный совет
  - Перечень информационных систем и банков данных
  - Отчет о работе
  - Примирительные процедуры. Медиация
  - Государственные закупки
  - Ссылки на сайты
  - Вестник ФАС СКО

Новости суда
  - 25.07.2014

    ## В Федеральном арбитражном суде Северо-Кавказского округа состоялось совещание по итогам работы суда за первое полугодие 2014 года

  - 15.07.2014

    ## Информация об ограничении движения транспорта 17 июля 2014 года во время крестного хода

  - 30.06.2014

    ## 27 июня 2014 года состоялось заседание научно-консультативного совета при Федеральном арбитражном суде Северо-Кавказского округа

  - 25.06.2014

    ## О назначении судей арбитражных судов Северо-Кавказского округа

  - 23.06.2014

    ## Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа объявляет о приеме документов для участия в конкурсе на замещение вакантной должности в аппарате суда

О некоторых вопросах применения гл. 35 Арбитражного процессуального кодекса РФ в практике Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа

  1 сентября 2002 г. вступил в силу новый Арбитражный процессуальный кодекс РФ (далее - АПК РФ). Данный Кодекс отличается значительно большим количеством статей, наличием новых институтов и многочисленных новелл, содержащихся в его нормах. Некоторые изменения и новые положения нашли отражение в регламентации производства по рассмотрению дел в арбитражном суде кассационной инстанции.

  Статьи 286 и 287 АПК РФ определяют пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции и его полномочия.

  Пункт 1 ст. 286 АПК РФ устанавливает специфику кассационной инстанции, сущность которой состоит в проверке законности судебных актов первой и апелляционной инстанций только с точки зрения правильного применения норм материального и процессуального права. Такая проверка в отличие от прежнего Кодекса должна производиться не в полном объеме, а в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях на нее.

  Иное правило, обязывающее кассационную инстанцию проверять законность судебных актов независимо от доводов жалобы, предусмотрено в п. 2 ст. 286 АПК РФ, когда судом допущены нарушения норм процессуального права, влекущие безусловную отмену судебного акта (ч. 4 ст. 288 АПК РФ).

  В соответствии с п. 3 ст. 286 АПК РФ при рассмотрении дела арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, соответствуют ли выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

  В комментарии к ст. 286 АПК РФ под редакцией В.Ф. Яковлева и М.К. Юкова указано, что проверка кассационной инстанцией правильности применения норм права в конкретном деле применительно к фактическим обстоятельствам, установленным при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций, ограничивается доводами, изложенными в жалобе и возражениях на нее*(1).

  Согласно противоположному мнению такая проверка осуществляется кассационным судом независимо от доводов жалобы. Данная позиция обоснована тем, что между применимыми нормами права, установленными обстоятельствами и доказательствами, собранными по делу, существует неразрывная связь, поэтому признание дефектным любого звена в данной цепи не может не повлиять на выводы о законности обжалованного судебного акта*(2).

  По мнению А.Кожемяко, суд кассационной инстанции связан с аргументацией участвующих в деле лиц лишь по поводу фактических обстоятельств арбитражного спора и не может выходить за пределы этих фактов, но в ссылках на нормы законодательства у него нет никаких ограничений*(3).

  Положение п. 1 ст. 286 АПК РФ о проверке судебных актов в пределах доводов жалобы и возражений на нее свидетельствует о дальнейшем расширении принципа диспозитивности в арбитражном процессе (т.е. возможности сторон самостоятельно распоряжаться своими правами) и представляет собой определенное ограничение для судебного усмотрения. Вместе с тем законодатель не установил каких-либо последствий в случае нарушения судом кассационной инстанции указанного правила.

  Итак, как быть, если доводы жалобы не приводят к отмене судебного решения и для его отмены или изменения в обжалуемой части имеются другие основания? Вправе ли суд кассационной инстанции выходить за пределы доводов жалобы в таких случаях?

  Для ответа на эти вопросы необходимо исходить из следующего:

  - с учетом существенного ограничения полномочий Высшего Арбитражного Суда РФ (ст. 304 АПК РФ) суд кассационной инстанции фактически является последней инстанцией, в которой возможно выявление и исправление судебных ошибок;
  - зачастую слабая аргументация доводов жалоб обусловлена низким уровнем правовой квалификации представителей заинтересованной стороны, которые не указывают в жалобе на существенные нарушения, допущенные судом;
  - явно незаконный или необоснованный судебный акт не может быть оставлен без критической оценки суда кассационной инстанции во всех случаях, в том числе, если заявитель приводит ненадлежащие доводы.

  Вместе с тем представляется правильной позиция, высказанная на одном из семинаров-совещаний Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа (ФАС СКО), согласно которой суд кассационной инстанции ограничен доводами, касающимися обжалуемого предмета (например, обжалуется судебный акт в части взыскания долга, либо ответственности, либо госпошлины и пр.), но не ограничен доводами, касающимися правовой и фактической аргументации.

  Окружной суд при рассмотрении кассационных жалоб исходит из приведенной позиции.

  По значительному числу дел суд кассационной инстанции выходил за пределы доводов жалоб, проверяя соответствие выводов судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

  Так, по делу N Ф08-5000/02 истец предъявил требование о взыскании с ответчика долга и процентов по договору.

  Судебные инстанции, удовлетворяя иск, исходили из того, что истец снизил задолженность ответчику за отпущенную энергию, а ответчик обязательства по поставке пшеницы исполнил ненадлежащим образом.

  В кассационной жалобе ответчик ссылался на то, что суд не учел его доводы о наличии пшеницы в натуре и возможности ее передачи истцу. Кроме того, часть пшеницы поставлена для истца на элеватор, однако последний не предпринял мер к ее приемке, тем самым умышленно содействуя увеличению размера своих убытков.

  Кассационная инстанция, отменяя судебные акты, указала, что в спорном договоре не предусмотрено, что пшеница передается ответчиком в счет погашения задолженности по оплате отпущенной энергии. Более того, из содержания договора следовало, что за пшеницу истец передает ответчику векселя Сбербанка России. Сведения об оплате пшеницы векселями в деле отсутствовали. Вопрос о наличии задолженности за энергию суды не исследовали.

  Таким образом, выводы суда не соответствовали представленным в материалы дела документам.

  Кассационная инстанция вправе выйти за пределы доводов жалобы, если имеются явные признаки несоответствия сделки (по которой заявлено требование) закону по ничтожным основаниям.

  По делу N Ф08-1778/03 ОАО "Сулакэнерго" обратилось в суд с иском к ДГП "Промжилстрой-4" о взыскании задолженности за уступленное право требования по договору цессии. По этому договору истец уступил ответчику право требования задолженности с ОАО "Севкавказэнерго" по сальдо-перетокам, а ответчик обязался рассчитаться за полученное право денежными средствами и ценными бумагами.

  Постановлением апелляционной инстанции иск удовлетворен.

  Ответчик в кассационной жалобе оспаривал выводы суда, указывая, что истец отказался принять надлежащее исполнение.

  Кассационная инстанция, отменяя судебные акты, указала на следующее: суды не исследовали договор, права по которому переданы новому кредитору, не проверили в связи с этим соответствие цессии закону. В материалах дела отсутствует договор на поставку электроэнергии через сети ЕЭС России с участием ОАО "Сулакэнерго" и ОАО "Севкавказэнерго". Суд не выяснил, является ли данный договор двусторонним либо в нем участвует и ЦДУ ЕЭС России (оператор ФОРЭМ), дало ли последнее согласие на цессию. В то же время по смыслу гл. 24 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) перемена кредитора в обязательстве с несколькими участниками, имеющими определенные права и обязанности перед остальными участниками, возможна только их с согласия. Договоры на поставку, получение, оплату электроэнергии и мощности и оказание услуг, как правило, являются многосторонними и регулируют сложный объем взаимоотношений между предприятиями энергетического комплекса. Особый характер отношений сторон, определенных такими договорами, указывает на существенное значение для должника связей именно с первоначальным кредитором. Суды не выяснили, могла ли быть совершена уступка требования без согласия ОАО "Севкавказэнерго".

  Кассационная инстанция вправе выйти за пределы доводов жалобы, если при разрешении спора суд не выяснил правовую природу спорных правоотношений, что повлекло принятие незаконного или необоснованного решения.

  По делу N Ф08-1778/03 истец обратился в суд с иском о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму неосновательного обогащения. Требование мотивировано тем, что решением суда по другому делу в порядке применения последствий недействительности сделки с ответчика взыскана номинальная стоимость векселя в размере 50 млн руб.

  Решением суда иск удовлетворен частично. Суд исходил из того, что проценты за пользование чужими денежными средствами могут быть начислены не с момента заключения ничтожной сделки и передачи по ней векселя, а с момента вступления в законную силу решения суда о взыскании с ответчика денежной суммы в связи с невозможностью возвратить вексель в натуре.

  В кассационной жалобе ответчик ссылался на то, что у него не возникло денежного обязательства перед истцом, поскольку вексель является имуществом, отличным от денежных средств.

  Кассационная инстанция, отменяя решение суда и направляя дело на новое рассмотрение, указала, что суд не выяснил правовую природу денежной суммы, взысканной решением суда по другому делу. Согласно ст. 1103 ГК РФ правила, предусмотренные главой о неосновательном обогащении, подлежат применению также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке. Согласно ст. 1105 названного Кодекса в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества. В силу ст. 1107 Кодекса неосновательно обогатившийся обязан возместить потерпевшему также все доходы, которые он мог или должен был извлечь из этого имущества, когда узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения.

  Однако суд не изучил материалы другого дела и не выяснил, какая часть из 50 млн. руб. является: а) действительной (рыночной) стоимостью векселя на момент приобретения; б) убытками в виде последующего изменения стоимости векселя, а также доходов, которые возможно было извлечь из векселя. В то же время выяснение данного вопроса имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку проценты в соответствии со ст. 395 и 1107 (п. 2) ГК РФ не могут начисляться на ту часть взысканной суммы неосновательного обогащения, которая представляет собой убытки (гражданское законодательство не предусматривает возможности применения ответственности на ответственность).

  Очевидно, что приведенный перечень случаев выхода кассационной инстанцией за пределы доводов жалобы не является исчерпывающим и дальнейшая практика применения нового процессуального закона выявит иные основания для этого.

  Для заявителя жалобы немаловажно, по каким мотивам будет отменено решение, и в некоторых случаях его отмена по основаниям, не указанным в жалобе, может не соответствовать его интересам.

  Представляется, что кассационная инстанция в этих ситуациях по общему правилу не вправе выходить за пределы доводов жалобы, однако исключение из этого правила возможно в случае, если суд установит, что оспариваемый судебный акт является явно незаконным или необоснованным.

  В связи с применением кассационной инстанцией ст. 286 АПК РФ необходимо обратить внимание на некоторые недостатки, допущенные судьями при приеме кассационных жалоб и оформлении постановлений.

  Так, в постановлениях по делам N Ф08-0390/03, Ф08-2660/03, Ф08-3215/03 доводы жалоб изложены общей формулировкой: "неправильное применение (нарушение) норм материального и процессуального права", "выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам", "не дана оценка доказательствам, представленным истцом", что является нарушением ст. 286, 289 АПК РФ.

  В практике окружного суда имеют место случаи, когда заявитель излагал доводы жалобы общей формулировкой, а суд такую жалобу принимал к своему производству (дело N Ф08-998/03). Такой подход не является правильным, так как подобная жалоба считается поданной с нарушением ст. 277 АПК РФ и подлежит оставлению без движения (ст. 280 АПК РФ), а в случае неустранения недостатков в установленный судом срок ( возврату заявителю. Вместе с тем исключение из данного правила допустимо, если жалобу подало лицо, которое спорит с государством в лице его уполномоченных органов (дела об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий госорганов, должностных лиц; дела об административных правонарушениях).

  По делам N Ф08-1735/03, Ф08-1741/03 кассационная инстанция, направляя дела на новое рассмотрение, предложила суду исследовать доводы заявителя о расторжении истцом договора цессии, а также то, что после заключения этого договора истец уступил спорные права требования третьим лицам по иным сделкам. Между тем эти доводы в кассационных жалобах не отражены, вероятно, они были заявлены суду кассационной инстанции в ходе судебного заседания. В связи с этим при написании постановления суду необходимо отражать в судебном акте источник появления новых доводов (заявитель дополнительно пояснил... или представил дополнение к жалобе...).

  В силу прямого указания процессуального закона кассационная инстанция осуществляет проверку законности судебных актов нижестоящих судов только с точки зрения правильного применения норм материального и процессуального права. Поскольку вопросы установления фактических обстоятельств отнесены к компетенции судов первой и апелляционной инстанций, имеющих для этого необходимые процессуальные средства и гарантии, то установление фактов в кассационном суде недопустимо.

  Анализ дел, рассмотренных окружным судом, свидетельствует о неоднозначном подходе в применении положений ст. 287 АПК РФ, в частности, п. 2 и 3 ч. 1 упомянутой статьи. Данное обстоятельство обусловлено тем, что после признания обжалованного судебного акта незаконным и подлежащим отмене перед судом возникает проблема выбора: принять новый судебный акт либо направить дело на новое рассмотрение.

  По смыслу п. 2 ч. 1 названной статьи Кодекса дело не может быть направлено на новое рассмотрение в случаях, когда арбитражный суд кассационной инстанции установил, что при рассмотрении дела в первой и апелляционной инстанциях судом полно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного применения закона, на основе всестороннего, полного и объективного исследования представленных доказательств и выводы суда соответствуют этим обстоятельствам, но судом неправильно применена или истолкована норма права. Поскольку в этом случае не требуется установления фактических обстоятельств, кассационная инстанция отменяет судебный акт и принимает новое решение на основе правильного применения или толкования закона.

  Применение указанных норм Кодекса можно проиллюстрировать на примере двух дел.

  Так, по делу N Ф08-1230/03 общество обратилось в арбитражный суд с иском к предприятию о признании недействительным договора цессии.

  По спорному договору предприятие передало обществу право на получение от ОАО "Степь" продукции на сумму 11 800 тыс. руб. В п. 3 указаны договоры, по которым уступлено право, а также определена часть передаваемых требований по договорам с указанием ассортимента, объема и цены подлежащей поставке продукции.

  Удовлетворяя иск, суд посчитал, что договор цессии противоречит требованиям гл. 24 ГК РФ, поскольку первоначальный кредитор не выбыл из спорного обязательства и сохранил за собой право взыскания с ОАО "Степь" части задолженности. Апелляционная инстанция, сохраняя решение суда, дополнительно сослалась на неопределенность передаваемого требования, поскольку в одном условии договора данное право определено как требование передачи товара в натуре, а в другом (как денежное требование. Суд мотивировал решение также тем, что кредитор до уступки требования заявил должнику об отказе от принятия исполнения в натуре и предъявил денежное требование, поэтому не мог передавать права требования передачи товара. По мнению апелляционной инстанции, в договор, наряду с уступкой требования, включено условие о переводе долга с ОАО "Степь" на общество, которое не соответствует требованиям гл. 24 Кодекса.

  Суд кассационной инстанции, отменяя судебные акты и отказывая в иске, указал, что в силу ст. 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, если иное не предусмотрено законом или договором. Из содержания договора цессии при их толковании по правилам ст. 431 названного Кодекса следует, что общество получило все права, связанные с обязанностью ОАО "Степь" поставить определенное в договоре количество товаров по конкретным сделкам. Если какие-либо права кредитором уже утрачены (например, кредитор отказался от принятия исполнения в связи с просрочкой со стороны должника в соответствии со ст. 405 ГК РФ и у него остались только требования денежного характера), то должник вправе по правилам ст. 386 Кодекса выдвигать против требований нового кредитора (например, об исполнении обязательства в натуре) соответствующие возражения.

  Вывод суда о незаконности передачи части права требования также ошибочен, поскольку закон не запрещает передачу части требования.

  Вывод суда апелляционной инстанции о неопределенности в договоре цессии предмета уступки не соответствует содержанию договора, в котором с достаточной степенью определенности указаны обязательства и объем передаваемых прав (договоры, ассортимент, количество и цена подлежащей передаче продукции).

  Противоречит содержанию договора и вывод суда о наличии в договоре цессии ничтожного условия об одновременном переводе на общество долга ОАО "Степь". Согласно договору общество получило право требования к ОАО "Степь", т.е. перевода долга последнего на истца не происходит. Условие об оплате полученного права сельскохозяйственной продукцией не противоречит закону (ст. 421 Кодекса).

  Таким образом, судом при разрешении спора были неправильно применены нормы права, что послужило основанием для отмены судебных актов с принятием нового решения.

  По другому делу N Ф08-1240/03 подрядчик обратился в суд с иском к заказчику о взыскании задолженности за выполненные работы, а также процентов за просрочку их оплаты. Исковые требования обоснованы тем, что ответчик не исполнил обязательств по оплате дноуглубительных работ к причалам, обусловленных договорами от 20.04.01 и 20.08.01, а также стоимости вынужденных простоев земкаравана.

  Решением суда в пользу подрядчика взыскан долг по договору от 20.04.01. В остальной части иска отказано. Судебный акт мотивирован следующим: договор от 20.08.01 является незаключенным ввиду несогласования сторонами существенного условия о сроках начала и окончания работ; работы выполнены некачественно; их результаты приняты от имени заказчика неуполномоченным лицом; акты о простоях не содержат указаний на то, что ответчик обязан оплачивать время простоев, не предусмотрена такая обязанность и в тексте незаключенного договора.

  Суд кассационной инстанции, отменяя решение суда в части отказа в иске и удовлетворяя его в этой части, указал на ошибочность вывода суда о незаключенности договора, поскольку в силу ст. 702 ГК РФ условие о сроках выполнения работ в данном случае не является существенным. Более того, обусловленные договором работы выполнены подрядчиком в трехдневный срок (с учетом простоев) и окончены 25.08.01, о чем свидетельствует акт приемки N 8.

  Вывод суда о недоказанности истцом наличия полномочий у представителя заказчика на принятие работ признан кассационной инстанцией необоснованным, поскольку это же лицо подписало аналогичные акты приемки работ по предыдущему договору от 20.04.98.

  Довод ответчика о ненадлежащем качестве работ отклонен как не подтвержденный материалами дела. Кроме того, в упомянутом акте приемки работ при его оформлении учтены замечания представителя морской администрации порта Туапсе и исключены ненадлежаще выполненные работы в объеме 1 638,05 куб. м.

  При взыскании стоимости времени простоев земкаравана кассационная инстанция исходила из того, что обязанность по их оплате предусмотрена п. 1.4 договора от 20.08.01.

  Если первое дело представляет собой типичный случай неправильного применения судом норм материального права, то по второму делу неправильное применение норм права обусловлено ненадлежащей оценкой документов и, как следствие, неверным установлением фактических обстоятельств (иными словами, выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, не соответствовали имеющимся в деле доказательствам), что обязывало кассационную инстанцию в силу п. 3 ч. 1 ст. 287 АПК РФ направить дело на новое рассмотрение. Между тем суд кассационной инстанции переоценил доказательства и пришел к иным выводам, по результатам которых принял новое решение. Кроме того, кассационной инстанцией взысканы проценты за просрочку оплаты долга. Поскольку суд первой инстанции, отказывая во взыскании долга, требование о взыскании процентов (их размер, применяемую ставку, период начисления) фактически не рассматривал, то кассационная инстанция при их взыскании по существу выступила в роли суда первой инстанции.

  Безусловно, в данном случае кассационная инстанция исходила из принципа процессуальной экономии и полноты имеющихся в деле доказательств. Кроме того, направление дела на новое рассмотрение лишалось смысла, поскольку исход дела в пользу истца являлся очевидным. Вместе с тем вопрос о возможности отступления от формальных требований процессуального закона в таких случаях остается открытым, и ответ на него будет зависеть от правоприменительной практики.

  Э. Нагорная в статье "Полномочия кассационного суда", анализируя положения ст. 286 и 287 нового АПК РФ, считает, что суд кассационной инстанции вправе не согласиться с выводами судов нижестоящих инстанций, это предполагает возможность переоценки имеющихся в деле доказательств и, следовательно, расширение пределов полномочий кассационного суда*(4).

  Несмотря на ограничение полномочий суда кассационной инстанции по установлению фактических обстоятельств, в исключительных случаях возможно отступление от этого правила.

  Так, по делу N Ф08-1405/03 предъявлен иск о признании сделок недействительными ввиду их совершения с заинтересованностью. Суды первой и апелляционной инстанций в иске отказали, кассационная инстанция - удовлетворила. Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ, отменяя судебные акты, указал на необходимость проверки доводов ответчика о пропуске срока исковой давности по сделкам, для чего предложил исследовать обстоятельства обсуждения акционерами на общем собрании вопроса о заключении спорных сделок.

  После отмены дело дважды рассматривалось судом первой инстанции, который отказывал в иске. При последнем его рассмотрении суд пришел к выводу о пропуске истцом годичного срока исковой давности по заявленному требованию, указав, что акционеры могли и должны были узнать о заключении оспариваемых договоров на общем собрании от 02.07.99, не приведя никаких доказательств в подтверждение этого довода.

  Кассационная инстанция, отменяя решение и удовлетворяя иск, указала на следующее: в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства обсуждения акционерами на общем собрании вопроса о заключении спорных договоров; представленные истцом протоколы общего собрания акционеров за 1999-2000 г. свидетельствуют о том, что уполномоченный орган общества данный вопрос не обсуждал; из содержания протокола годового общего собрания от 02.07.99 видно, что в повестку дня включен вопрос об итогах работы общества за 1998 г., а не за 1999 г.; сведения о включении в повестку собрания в установленном порядке дополнительных вопросов, в том числе о сделках, заключенных в 1999 г., в протоколе отсутствуют. Согласно главе 6 устава истца итоги работы общества за 1999 г. должны обсуждаться на общем собрании, проводимом не позднее июня 2000 г., на котором акционеры должны были узнать о состоявшихся сделках. Иск подан в декабре 2000 г., т.е. в пределах предусмотренного п. 2 ст. 181 ГК РФ годичного срока исковой давности.

  Таким образом, кассационная инстанция, оценивая представленные доказательства, пришла к иным выводам.

  В силу п. 3 ч. 1 ст. 287 АПК РФ новый судебный акт не может быть принят судом кассационной инстанции в случае, если имеются безусловные основания для отмены судебных актов, предусмотренные ч. 4 ст. 288 Кодекса, которые влекут по общему правилу отмену судебных актов в любом случае.

  Представляет интерес дело N Ф08-2390/03, по которому решением суда с ответчика взысканы убытки, связанные с уплатой истцом штрафных санкций своему контрагенту по договору аренды.

  Решение мотивировано тем, что истец вынужден был уплатить арендатору неустойку вследствие неправомерных действий ответчика, отказавшего истцу в заключении договора энергоснабжения и прекратившего подачу электроэнергии в здание, подлежащее сдаче в аренду.

  В кассационной жалобе ответчик просил отменить решение и разрешить спор по существу, указывая на следующие нарушения: суд не учел, что на момент заключения договора аренды недвижимости энергоснабжение здания не осуществлялось, в связи с чем риск неисполнения арендодателем обязательств по обеспечению здания электроэнергией лежит на самом арендодателе; договор аренды недвижимости недействителен, так как не был зарегистрирован в установленном законом порядке, поэтому уплата неустойки произведена истцом без правовых оснований; ответчик не был надлежащим образом извещен о времени и месте судебного разбирательства.

  Суд кассационной инстанции, отменяя судебный акт и отказывая в иске, признал доводы жалобы обоснованными, указав, что в материалах дела отсутствуют доказательства надлежащего извещения ответчика о времени и месте судебного разбирательства. Данное обстоятельство является безусловным основанием для отмены судебного акта. Однако при наличии явного нарушения норм материального права и отсутствии оснований для удовлетворения иска необходимости в новом рассмотрении дела не имеется. Заявитель жалобы, ссылаясь на указанное процессуальное нарушение, в то же время просит решить спор по существу.

  Таким образом, при наличии безусловного основания для отмены решения кассационной инстанцией принят новый судебный акт.

  По мнению А.Кожемяко, при рассмотрении кассационных жалоб на определения, проверка их законности и обоснованности не связана напрямую с исследованием предмета арбитражного спора, а поэтому менее зависит от состязательных действий сторон. В связи с этим по таким делам в некоторых случаях возможно отступление от правил, предусмотренных ч. 1 ст. 286 АПК РФ, и для решения вопроса об основаниях направления дела на новое рассмотрение при отмене определения традиционные критерии, указанные в п. 3 ч. 1 ст. 287 АПК РФ, не подходят*(5).

  Один из судов округа считает неправильной позицию, когда отменяются судебные акты только в связи с представлением в кассационную инстанцию новых доказательств, не являвшихся предметом исследования нижестоящего суда. По мнению суда, в силу ст. 41 АПК РФ участники арбитражного процесса должны добросовестно пользоваться своими процессуальными правами, в том числе и правами, находящимися в плоскости раскрытия доказательств (ст. 65 АПК РФ). Согласно ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск неблагоприятных последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Иной подход означает декларативность принципа состязательности и нивелирует указанные положения процессуального закона. Кроме того, если сторона является добросовестной, поскольку не знала и не могла знать о наличии такого доказательства, она не лишена возможности для обращения с заявлением о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам.

  С доводами суда трудно не согласиться. Однако такие случаи в практике окружного суда являются единичными, и необходимость установления истины по делу является более значимой. Думается, что жесткий подход требуется только тогда, когда сторона явно злоупотребляет своими процессуальными правами и у суда есть основания для такого вывода. При отсутствии этих оснований необходимо исходить из презумпции добросовестности стороны, которая в силу каких-либо организационных недоработок и субъективных причин, не связанных со злоупотреблением правом, не смогла представить доказательства вовремя.

  В.Ф. Кухарь,

  судья Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа

  "Вестник Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа", N 3, май-июнь 2004 г.

  ─────────────────────────────────────────────────────────────────────────

  *(1) Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу РФ / Под ред. В.Ф. Яковлева и М.К. Юкова. М., 2003. С. 741.

  *(2) Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу РФ / Под ред. Г.А. Жилина. М., 2003. С. 731.

  *(3) ЭЖ-Юрист. 2003. N 28.

  *(4) Нагорная Э. Полномочия кассационного суда // Право и экономика. 2003. N 3. С. 30.

  *(5) Кожемяко А. Вопросы компетенции // ЭЖ-Юрист. 2003. N 28. С. 6.

  Страницы: 1 | 2 | 3 | 3 | 4

  К основному документу >>