# "НА СВЯЗЬ ВЫХОДИТ "СВЕТИЛЬНИК"
Красная звезда, Москва, 16.03.2002 г.

Юрий ГРИБОВ

После довольно продолжительного знакомства при каждой встрече я приветствую его излюбленной фразой, которая стала для нас как бы паролем:

— Бунэ зива, домнэ колонел!

В переводе с румынского это означает: добрый день, господин полковник.

Юрий Антонович Колесников шутливо вытягивается в струнку, в располагающей улыбке вздрагивает поседевшая щеточка его усов. Румынский язык он знает, как и свой, русский, а у меня в запасе всего десятка три слов, запомнившихся с тех пор, когда я под Бухарестом работал военным корреспондентом.

А "колонел" Колесников владеет еще и немецким, знает и другие языки. В войну его можно было видеть в мундире офицера то румынской, то немецкой армий. Колесников служил во внешней разведке, был одним из сотрудников особой "Группы Я", подчинявшейся лично Сталину. У него был необычный пароль "Светильник". С ним он выходил на связь по крохотной, величиной в две шоколадки, радиостанции.

Воевал старший лейтенант Колесников и как партизанский командир у Ковпака и Вершигоры. Воевал храбро и умело, его дважды представляли к званию Героя Советского Союза. Но, как он позднее узнал, наградные листы задерживал начальник особого отдела, человек мстительный и нечистоплотный.

Колесников помешал ему расстрелять двух красноармейцев, попавших в беду. Особист тогда схватился за оружие, но и Колесников мгновенно выхватил свой верный маузер, пальнул в потолок. После того случая между ними пробежала черная кошка. Чекисты ведь тоже разные были. Попадались и среди них авантюристы и предатели...

А Золотую Звезду Юрий Антонович все-таки получил. Только спустя целых полвека. Звезду Героя России. Вот так в конце концов восторжествовала правда и справедливость. Хоть и многие годы спустя, но восторжествовала...

Я знал, что разведчики не вправе всего рассказывать и не приставал к Колесникову с вопросами. Но всегда хотелось узнать что-то такое, чего нет в его газетных интервью и книгах. А книг Юрий Антонович издал немало, стал членом Союза писателей. Его повести и романы — "За линией фронта", "Особое задание", "Тьма сгущается перед рассветом", "Земля обетованная", "Координаты неизвестны", "Такое было время", "Занавес приподнят" — выходили большими тиражами, переводились на английский, испанский, арабский и другие языки.

Тема всех его произведений, собственно, одна: борьба с самым страшным злом на земле — фашизмом, стойкость и мужество наших бойцов, партизан, воюющих на оккупированной территории, храбрость и ум советских разведчиков, добывающих ценные сведения. Книги его читаются с интересом, особенно молодежью, а это значит, что разведчик, партизан и писатель Юрий Колесников по-прежнему в строю, воспитывает защитников Родины.

В прошлом году Колесников выпустил новый роман, в основном документальный — "Лабиринты тайной войны". Для разговора о нем Юрий Антонович пригласил меня к себе домой. Был, признаюсь, и другой повод: Колесникову 17 марта исполняется восемьдесят лет...

Поразил меня его кабинет. Он похож на музей или ухоженный архив. До самого потолка возвышаются толстые папки с документами. Все пронумеровано, учтено, на некоторых папках какие-то особые знаки, кругом раритетные вещи и вещицы, уникальные фотографии. На стене за креслом хозяина я заметил прибитый к ковру ледоруб и спросил с удивлением:

- Юрий Антонович, неужели вам приходилось еще и скалолазанием заниматься?

— Нет, по горам я не лазил. Подобной вещицей, между прочим, Рамон Маркадер стукнул в Мексике по голове Льва Троцкого. А с младшим братом Рамона, Луисом, я учился в Уфе в разведывательной школе. Вот Луис и подарил мне копию того топорика...

Показал Юрий Антонович и книги с трогательными автографами Судоплатова, Ковпака, Вершигоры, Бережного... А также макет именного пистолета, который Колесников передал на хранение в музей на Поклонной горе.

- Это же, кажется, "Вальтер", у меня такой был!

— Нет, это не "Вальтер", а "Зиг-Зауэр", — пояснил Колесников, — калибр 7,65. Его носили высшие армейские чины рейха. Этот же принадлежал генералу Гельмуту Вейдлингу.

- Известная личность...

— Еще бы! Вейдлинг был последним комендантом Берлина, подписывал акт о капитуляции немецкого гарнизона. А когда мы его пленили летом сорок четвертого, командовал 50-й дивизией. Я его брал со своей группой. Он с шофером в машине ехал. Шикарной была машина — "Опель-капитан". Вот она на фотографии. Это я сижу на капоте. Снимок делал Петр Петрович Вершигора.

Машина осталась, а генерал тю-тю, сумел сбежать. Я сдал Вейдлинга командиру батальона, тот запер его вместе с шофером в темном чулане, выставил для охраны пулеметный расчет. Партизаны не заметили в чулане маленького окна, заткнутого мешком с соломой. Вот находчивый генерал и пролез через это узенькое оконце. А водитель не смог, он толстым был. И смех и грех. На войне всякое бывает. Пистолет генерала сделали именным и передали мне. И "Опель-капитан" перешел в мою собственность. Так решило командование...

Юрий Антонович на этот раз, когда мы чайку попили, наконец разговорился, повеселел, с юмором поведал о некоторых вехах своей легендарной жизни.

Родом он из Болграда Одесской области. Тогда это была Бессарабия, входившая в состав Румынии. Учился в авиационной школе, хотел быть летчиком. Но политические события того времени круто изменили его жизнь. Воевать начал с первого дня, был приписан к оперативной группе НКВД при 25-м пограничном отряде. Потом были учеба, заброска в тыл на парашюте, разведка, бои в партизанской дивизии. И так до Победы. А после войны он снова учился, был нелегалом в некоторых странах...

Юрий Антонович, кажется, ни одного дня не жил без дела. Ему и болеть некогда. Он как был "Светильником", так им и остался. Свет его неугомонной мудрой души дарит тепло людям. Я регулярно вижу его в Союзе писателей, где он ведет семинар. И каждый раз спешу ему навстречу со старым паролем:

- Бунэ зива, домнэ колонел!