# Передает "Татьяна"...
Независимая газета — НВО, Москва, 07.03.2008 г.

Владимир АНТОНОВ

Крепкий брак — по любви и в интересах разведки

Об авторе: Владимир Сергеевич Антонов — ведущий эксперт Кабинета истории внешней разведки.

Даже близкие родственники и близкие друзья Зинаиды Батраевой не предполагали, что она — общительная, гостеприимная супруга советского дипломата, казалось бы, озабоченная только делами семьи и воспитанием детей домохозяйка, — являлась кадровым сотрудником внешней разведки и в ходе поездок за рубеж выполняла ответственные задания особой государственной важности: встречалась с агентурой, добывала ценную информацию, участвовала в оперативных мероприятиях.

## ВСТРЕЧА С СУЖЕНЫМ

Зинаида Николаевна родилась 4 октября 1922 года в деревне Дурыкино Солнечногорского района Московской области. Позже ее отец-крестьянин освоил профессию печатника и стал работать в Москве, в типографии НКВД.

Вспоминая свое детство, разведчица рассказывала:

"Деревня наша находилась на 47-м километре от Москвы по теперешнему Ленинградскому шоссе. Во время войны немцы ее сожгли, не уцелел ни один дом, в том числе и церковь, что была при кладбище, на котором похоронены все мои родственники.

Мы жили в этой деревне до 1929 года, когда мой отец, работавший к тому времени уже в московской типографии имени Воровского, получил две маленькие комнатки в коммунальной квартире и перевез нас в Москву. Через год я пошла в школу № 266, которая была только что построена на Большой Переяславской улице, недалеко от нашего дома.

В 1933 году отец умер. Нас у мамы осталось трое, три девочки. Все в школьном возрасте: первый, третий и пятый класс. Наступила тяжелая пора, ужасная бедность. Сотрудники типографии помогли маме устроиться к ним на работу. Сначала она была уборщицей, а потом — мазильщицей печатного цеха. Одновременно она ходила на курсы ликбеза, окончила 4 класса, причем училась очень хорошо.

Учеба в школе давалась мне очень легко. У меня была природная грамотность и способности к изучению иностранных языков".

После окончания средней школы Зина поступила в Московский институт инженеров транспорта. Однако недолго ей довелось ходить на лекции: спустя год она вынуждена была уйти из МИИТа, так как в то время государство ввело плату за обучение в старших классах средних школ и в высших учебных заведениях, а средств в семье едва хватало на жизнь.

К счастью, по рекомендации друзей отца девушку приняли в архивное подразделение Народного комиссариата внутренних дел. До начала Великой Отечественной она трудилась старшим регистратором на картотеке. В начале войны часть структур наркомата, в том числе и его архив, были эвакуированы на Урал. Там Зину сразу же зачислили в Свердловскую межкраевую школу НКВД, в которой занимались будущие разведчики и контрразведчики. Следует отметить, что это был первый "женский" набор оперативных работников.

В ноябре 1942 года, с отличием завершив подготовку в школе, Зина оказалась в Москве, в распоряжении Управления кадров НКВД. Здесь, учитывая хорошее знание девушкой немецкого языка и в связи с ее настойчивыми просьбами, решили отправить на фронт, на Украину. Однако, пока оформлялись документы, город, в который предстояло поехать юной сотруднице, вновь заняли немцы, а потому ее направили младшим оперуполномоченным в Управление НКВД по Москве и Московской области, то есть на конкретную оперативную работу: она встречалась с агентурой, занималась вербовкой.

В октябре 1943 года Зинаиду перевели во внешнюю разведку, и она вновь учится — уже в Высшей школе НКГБ. Ее слушатели штудировали не только спецдисциплины. Недаром позже в личном деле разведчицы будет указано: "Свободно владеет французским, итальянским и английским языками".

Именно в Высшей школе Зинаида познакомилась со своим будущим мужем, Борисом Батраевым. Они занимались в одной языковой группе. В конце 1945 года молодые люди на "отлично" сдали выпускные экзамены и получили назначение в Первое управление НКГБ.

Рассказывает Зинаида Николаевна:

"В январе 1946 года мы поженились. К этому времени умерла моя старшая сестра в возрасте 25 лет и погиб в авиакатастрофе ее муж — летчик. У них осталось двое детей: два мальчика четырех и шести лет. Младшего, Сашу, усыновили родственники их отца, а старшего, Борю, усыновили мы с Борисом. Борис был старше маленького Бори всего на четырнадцать лет".

Бывает, что разведчики становятся супругами в интересах службы. Батраевым повезло: они создали семью, потому что полюбили друг друга. И, как оказалось, в интересах разведки.

## ПЕРВАЯ КОМАНДИРОВКА

В конце прошлого года мне довелось рассказать читателям "НВО" (№ 42, 2007) в очерке "Иван Бунин: из Парижа в Москву" о заслуженном ветеране внешней разведки Борисе Никодимовиче Батраеве, которому свыше полувека тому назад пришлось выполнять деликатную миссию — способствовать возвращению на Родину творческого наследия великого русского писателя. Борис Батраев проработал за рубежом более 25 лет, пройдя путь от рядового оперработника до резидента КГБ. И во всех командировках вместе с ним была Зинаида Николаевна — соратница и жена…

В свою первую загранкомандировку, в Италию, супруги Батраевы выехали в марте 1947 года. "Татьяна" (таким был оперативный псевдоним молодой разведчицы) работала в резидентуре переводчицей, однако часто помогала выполнению серьезных заданий.

"Я хорошо помню свою первую оперативную встречу в большом кафе, — вспоминает Зинаида Батраева. — Я должна была по паролю встретиться с агентом и передать ему крупную сумму денег. Из Центра мне сообщили, что особой приметой агента является его хромота. Минут за пятнадцать до встречи я заняла столик, заказала кофе и стала наблюдать за входом, поджидая хромого человека. Представьте мое состояние: за эти пятнадцать минут в кафе вошли четверо (!) хромоногих мужчин: один сильно хромал, двое прихрамывали, четвертый был вообще на костылях. Лишь пятый мужчина, хромавший и опиравшийся на трость, оказался нужным мне человеком. Он меня сразу "вычислил", с улыбкой подошел к столику и расположился рядом. Мы обменялись паролями. Все прошло благополучно".

В январе 1948 года в Риме у супругов родилась старшая дочь Ирина. Но... Первая командировка Батраевых закончилась неожиданно быстро. Случилось то, от чего не был застрахован тогда ни один разведчик: Центр заподозрил их в неблагонадежности...

Произошла типичная для той поры история. Борис давно покинул родительский дом, уже являлся сотрудником "органов" и, разумеется, не знал, что в родном селе скончался священник. Вместо него на сходе (не оставаться же приходу без батюшки) крестьяне избрали своим "духовным отцом" престарелого деда разведчика, бывшего ранее директором местной школы. Однако в кадрах решили, что внук скрыл сей "порочащий факт" и... отозвали супругов в Союз. К счастью, через некоторое время все выяснилось, и Батраевым принесли извинения.

## НА БЕРЕГАХ СЕНЫ

Вскоре последовала новая командировка — в Париж. "Татьяна" по прикрытию являлась переводчицей советского посольства. Однако основным ее занятием была оперативная работа в составе резидентуры в столице Франции. На берегах Сены у разведчиков родилась вторая дочь — Елена.

Сразу же по приезде в Париж "Татьяне" поручили поддерживать связь с ценным источником. По его просьбе, он должен был передавать материалы только женщине и только поздно вечером. Длительное время "Татьяна" приходила на заранее обусловленные места встреч и всегда получала важную информацию.

Вспоминает Зинаида Николаевна:

"Однажды был такой случай: я вышла на место встречи и на противоположной стороне улицы увидела своего объекта. Как всегда в это время года (а дело было осенью), он был с зонтом, в темной широкополой шляпе и в дорогом темном плаще. Как обычно, он медленно прохаживался взад-вперед, подергивая пальцами усы. У меня с ним были хорошие человеческие отношения. Я перешла улицу и с приветствиями, как к знакомому, устремилась к нему. И вдруг мне в ответ: "Вам что, не терпится заработать?" Оказалось, что это был совершенно посторонний человек и он меня принял за проститутку. С извинениями я ретировалась. Позже выяснилось, что страховавший меня оперработник (а я всегда ходила на такие встречи с сопровождающим, так как материалы агент передавал очень важные) тоже принял этого человека за источника. Оказалось, что агент был занят и не смог выйти на встречу. Мы встретились с ним на другой день в шесть часов утра".

Помимо текущей оперативной работы "Татьяне" в Париже пришлось выполнять важную и ответственную миссию.

... 20 августа 1940 года в Мексике был убит Лев Троцкий. В ходе предварительного следствия (несмотря на пытки), а затем и на судебном процессе убийца, имевший документы на имя Жака Морнара, бельгийца по национальности, не назвал своего настоящего имени, объясняя, что пошел на преступление, приревновав к бывшему второму человеку в большевистской партии свою невесту. Его приговорили к двадцати годам тюремного заключения. Мексиканские спецслужбы усиленно искали в покушении на Троцкого советский след и пытались выяснить подлинное имя арестованного. Однако никакие допросы не смогли заставить его признаться в связях с НКВД. Лишь спустя много лет один из бывших активистов испанской компартии и участник гражданской войны в Испании предал его, сообщив мексиканским спецслужбам, что в тюрьме находится Рамон Меркадер. Мексиканцы смогли получить на него из испанских полицейских архивов подробное досье.

Когда личность Жака Морнара была окончательно установлена, перед лицом неопровержимых улик он признал, что на самом деле является Рамоном Меркадером и происходит из очень богатой испанской семьи. В то же время до последнего дня заключения он отрицал, что лишил жизни Троцкого по заданию Кремля. Во всех своих заявлениях Меркадер неизменно подчеркивал личный мотив убийства.

На протяжении пяти лет "Татьяна" поддерживала в Париже связь с Каридад Меркадер, матерью Рамона.

Из оперативной справки:

"Каридад Меркадер дель Рио, она же — Мария Каридад, она же — сотрудник советской внешней разведки "Мать".

Член компартии Испании с 1922 года.

Привлечена к сотрудничеству с советской внешней разведкой в 1937 году.

В Париже руководила агентурной группой".

Рассказывает Зинаида Батраева:

"Обычно мы встречались с Каридад в кафе. Иногда я ей приносила письма от Рамона, которые пересылались из Мексики через Центр. Периодически передавала деньги: Берия назначил ей пожизненную пенсию. Мне было очень жаль Рамона и его мать. И иногда на встречах мы "пускали слезу". Все эти годы Каридад пыталась освободить сына. Ну а для меня продолжавшиеся пять лет встречи с матерью были мучительны, так как я передавала бесконечные обещания Центра относительно скорейшего освобождения ее сына. Безусловно, предпринимались неоднократные попытки его освобождения, но все они были безуспешны".

Следует отметить, что по крайней мере дважды поднимался вопрос о досрочном освобождении Рамона под залог. Но один из высших судебных чиновников Мексики заявил в доверительной беседе: "Единственный путь к освобождению — его полное признание во всем". Но узник продолжал упорно отрицать, что задание ликвидировать Троцкого он фактически получил от руководства СССР.

Из отчета оперативного работника парижской резидентуры "Татьяны":

"15 марта 1956 года в кафе на улице Риволи я провела запланированную встречу с источником "Мать". Я передала ей письма от Рамона, а также сумму денег, определенную Центром. Встреча продолжалась 48 минут. Наружное наблюдение не отмечалось.

Как и в предыдущий раз, "Мать" была взволнована. Говорила о том, что в Центре должны прилагать больше усилий для освобождения ее сына. Жду указаний по проведению следующей встречи".

В то время "Татьяна" была единственным звеном, связывавшим "Мать" с Рамоном и с советской разведкой.

Зинаида Батраева уже два года была в Москве после завершения командировки во Францию, когда 6 мая 1960 года Меркадер был освобожден из заключения и переправлен в Советский Союз.

## ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ОБЯЗАННОСТИ

После 1961 года сотрудники советской внешней разведки Батраевы выезжали в командировки в "экзотические" страны: на Цейлон, в Индию и Пакистан. Там все для "Татьяны" было новым и непривычным. Кокетливые шляпки и пальто остались в Москве, а вместо ароматного кофе, к которому она так пристрастилась в Париже, пришлось полюбить настоящий цейлонский и индийский чай.

В этих странах Зинаида Батраева находилась в качестве "жены высокопоставленного советского дипломата". Она устраивала в своем доме приемы, занимала многочисленных гостей, играла роль заботливой мамы. И только очень узкий круг людей знал, что жена резидента не просто домохозяйка. Она активно помогала мужу в организации встреч, в расширении связей, занималась первичным изучением людей, проводила контрнаблюдение, подключалась к информационной работе. Ответственные встречи с ценными источниками Борис и Зинаида нередко проводили вместе.

Рассказывает Зинаида Николаевна:

"Я была не только разведчицей, но и женой резидента. А это накладывает дополнительные обязанности. Это тоже работа, и работа ответственная. Сотрудники резидентуры, как правило, приезжают за границу с женами. И надо так себя вести, так строить работу с женщинами, чтобы в семьях не было ссор, недоразумений, обид, которые могли бы повлиять на обстановку в коллективе. Мы, женщины, были дружны между собой. Дружны были и наши мужчины. А хорошая атмосфера способствовала нормальной работе резидентур в целом".

... Из своей последней зарубежной командировки в Болгарию Батраевы вернулись в 1987 году. Зинаида Николаевна занялась воспитанием внуков. Борис Никодимович продолжил работу в центральном аппарате разведки. Более 60 лет тому назад их соединила любовь, которую они пронесли через всю жизнь и одарили ею своих детей и внуков. Ну а разведка — это был другой мир, и только в нем у них были порой друг от друга свои тайны.

Зинаида Николаевна совершенно не похожа на разведчицу, которую невольно себе представляешь, читая крутые детективы. Впрочем, в этой непохожести, может быть, и заключался ее главный профессиональный секрет.

"В Зинаиде Батраевой очень удачно сочетались прекрасная женщина и великолепный оперативный работник". Эти слова генерал-лейтенанта Вадима Кирпиченко, длительное время являвшегося первым заместителем начальника внешней разведки, говорят о многом.

От редакции

В период подготовки этого материала, 29 февраля с.г., заслуженный ветеран российской внешней разведки полковник в отставке Борис Никодимович Батраев скоропостижно скончался. "НВО" выражает искренние соболезнования его боевой подруге и жене Зинаиде Николаевне Батраевой, их родным и близким.