Из армии — в ЧК. Солдат, красноармеец и руководитель важнейших резидентур

# Из армии — в ЧК. Солдат, врасноармеец.
И руководитель важнейших резидентур
Независимая газета — НВО, Москва, 20.02.2009 г.

Владимир АНТОНОВ

Имя Василия Зарубина золотыми буквами вписана в историю отечественной внешней разведки

Недавно исполнилось 115 лет со дня рождения Василия Михайловича Зарубина. Почти четверть века он отдал разведывательной работе за рубежом, возглавлял в ряде стран "легальные" и нелегальные резидентуры. Но для него, чекиста, равно были святы праздники, отмечаемые в нашей стране и 20 декабря, и 23 февраля. Потому что начинал он свое служение советской власти в рядах Рабоче-крестьянской Красной армии.

## ИЗ АРМИИ — В ЧК

Нет ничего странного в том, что Василий Зарубин оказался на стороне большевиков. Он родился 4 февраля 1894 года в деревне Панино Бронницкого уезда Московской губернии в семье железнодорожника. Его отец, Михаил Терентьевич, кондуктор на станции Москва-Курская Нижегородской железной дороги, являлся членом РСДРП, до революции 1917 года высылался административно из Москвы, а во время Гражданской войны был командирован на Восточный фронт начальником головного технического поезда. Мать, Прасковья Абрамовна, работала поломойкой и прачкой. Кстати, кроме Василия в семье насчитывалось еще 12 детей.

После окончания двухклассного училища при Московско-Курской железной дороге Васю отдали "в люди" — в торговую фирму купца Лыжина. Работая, Василий продолжал учиться и через несколько лет дослужился до конторщика.

С началом Первой мировой войны Зарубина призвали в армию и отправили на фронт, где он находился до 1917 года. За антивоенную агитацию угодил в штрафную роту. В марте 1917 года был ранен. Из госпиталя в Воронеже вернулся в свою часть. Здесь его избрали в полковой комитет солдатских депутатов. Когда вслед за победой Октябрьской революции в России разразилась Гражданская война сражался на различных фронтах с белогвардейцами, участвовал в борьбе с бандитизмом в тылу Красной армии.

На молодого, способного красноармейца обратили внимание чекисты Особого отдела Южного фронта, и в 1920 году по их рекомендации он был направлен на работу в органы ВЧК. Так Василию пришлось продолжить борьбу с бандитами уже в качестве чекиста, при этом он не раз проявлял оперативную смекалку, находчивость, умение самостоятельно действовать в сложной обстановке. В 1923 году Зарубин назначается начальником экономического отдела ГПУ во Владивостоке. Там ему довелось столкнуться с иным противником.

В ту пору именно через Владивосток международные торговцы оружием и наркотиками транспортировали свои "товары" в Европу и Китай. Во Владивостокском порту смертоносный груз выгружался и дальше следовал по железной дороге как транзитный. Это позволяло избегать строгого таможенного контроля, поскольку транзитные грузы не досматривались. Подобные махинации контрабандистов были вскрыты чекистами под руководством Зарубина. В 1924 году им удалось конфисковать большую партию оружия и боеприпасов, предназначавшуюся для враждовавших между собой китайских генералов.

В том же году по решению руководства контрразведки Зарубин из Владивостока был командирован в Китай для выполнения ответственного поручения, связанного с работой по белогвардейской эмиграции. В Китае он находился под прикрытием технического сотрудника советского генконсульства в Харбине. Задание было успешно выполнено, а на молодого чекиста, умеющего завязывать оперативные связи с иностранцами, обратили внимание уже руководители закордонной разведки органов госбезопасности. Тем более к тому времени он уже прилично владел французским, немецким и английским языками.

## НОВОЕ ПОПРИЩЕ

В 1925 году Василий Зарубин был переведен на работу в Иностранный отдел ОГПУ. Началась его служба во внешней разведке.

Уже в 1926 году состоялась первая командировка — он стал руководителем "легальной" резидентуры в Финляндию, где скопилось большое количество русских эмигрантских организаций. Разведчик быстро освоился с обстановкой, и в Центр бесперебойно пошла секретная информация о планах белогвардейцев и их покровителей против СССР.

В 1927 году британские власти, использовав в качестве предлога фальшивку — так называемое "письмо Зиновьева Коминтерну" (см. "НВО" от 25 апреля 2008 года), разорвали дипломатические отношения с Советским Союзом. Руководство Иностранного отдела приняло решение сделать акцент на ведении разведки в Европейском регионе с нелегальных позиций. В связи с этим Василия Зарубина отозвали в Москву, откуда сразу же направили в Данию — на сей раз в качестве нелегального резидента.

Зарубин находился в Датском королевстве уже вместе с супругой — также сотрудницей советской разведки Елизаветой Юльевной, на которой женился в 1927 году. Забегая вперед, отмечу, что Елизавета Зарубина проработала в нелегальной разведке более двадцати лет. В ее послужном списке — десятки важных оперативных мероприятий, приобретение ценных источников информации и агентурных связей.

Началась тайная жизнь супругов Зарубиных за рубежом. Чтобы осесть в Дании, необходимо было создать надежное прикрытие, найти занятие, которое оправдывало бы их пребывание в стране. Центр не случайно выбрал Копенгаген для проживания разведчиков: обстановка в нем была спокойной, полиция мало интересовалась деятельностью иностранцев, если они, конечно, не нарушали местных законов.

В первые дни пребывания в Копенгагене разведчики познакомились с семьей некого Нильсена — владельца небольшой оптовой фирмы. Знакомство быстро переросло в дружбу, и вскоре Зарубин стал компаньоном коммерсанта. В дальнейшем с помощью фирмы Нильсена разведчики-нелегалы получили разрешение на длительное проживание в Дании.

Можно было приступать к непосредственной разведывательной работе. Однако спустя некоторое время из Центра пришло указание Зарубину срочно выехать в Швецию для обсуждения дальнейших планов его разведывательной деятельности.

В Швеции Зарубин встретился с одним из руководящих сотрудников Иностранного отдела. Тот сообщил разведчику, что руководство ИНО намерено перебросить его на нелегальную работу во Францию. Там Зарубины должны были осесть на длительное проживание, создать нелегальную резидентуру, наладить линии связи с Центром, подыскать конспиративные квартиры, принять на связь ряд агентов и заняться приобретением новых источников информации.

На встрече с представителем Центра было решено, что пока супруга будет завершать дела в Копенгагене, Василий пройдет "стажировку" в незнакомой ему стране, "акклиматизируется" и присмотрится к новой обстановке.

Зарубин приехал в небольшой курортный городок Антиб на юге Франции. Поселившись в пансионе, он получил французские водительские права и вскоре за небольшую сумму приобрел подержанную автомашину престижной марки.

На Лазурном берегу Василий познакомился с молодой француженкой по имени Мая, студенткой Сорбонны. Выяснилось, что ее родители некогда проживали в России, но за участие в революции 1905 года были высланы во Францию. Узнав, что Зарубин намеревается переехать в Париж, Мая дала ему свой адрес.

Вскоре к Василию в Антиб из Дании перебралась Лиза, и они вместе направились в Париж, где остановились в небольшой гостинице. Спустя некоторое время Василий навестил Маю и познакомился с ее родителями, которые не скрывали своих революционных взглядов и симпатий к Советскому Союзу. В дальнейшем родители Маи были привлечены к секретному сотрудничеству с советской нелегальной разведкой. Сотрудничать с советской разведкой стали также Мая и ее родной брат. Разведывательная работа этой агентурной группы продолжалась более двадцати лет.

После переезда в Париж перед супругами Зарубиными встал вопрос о месте постоянного проживания. Их выбор пал на живописный городок Сен-Клу в предместье французской столицы. Здесь они сняли небольшой меблированный домик, стоявший на горе, а автомобиль держали в коммерческом гараже. Однажды, когда Василий по договоренности с владельцем гаража ремонтировал свою машину, тот, наблюдая за его работой, предложил ему войти с ним в пай, чтобы расширить дело. Василий обещал подумать, отметив, что у него нет разрешения на постоянное проживание в стране. Собеседник успокоил: это — не проблема, у него хорошие связи в местной полиции, и он запросто все уладит.

Спустя некоторое время супруги Зарубины получили в местной мэрии постоянный вид на жительство во Франции и стали компаньонами владельца автомобильного гаража. В дальнейшем он познакомил Василия и Лизу со своими многочисленными друзьями, принадлежавшими в основном к мелкой буржуазии. Обрастание нейтральными связями способствовало легализации разведчиков в стране. Настало время приступать непосредственно к разведывательной работе. Но для этого требовалось переехать в столицу. Значит, Василию нужно было подобрать нового надежного компаньона, с помощью которого удалось бы вести все коммерческие дела уже в Париже. И такой человек нашелся. Вместе с ним Зарубин создал небольшую рекламную фирму.

В Париже Василий Михайлович и Елизавета Юльевна прожили четыре года. Там же у супругов родился сын Петр. В течение этого времени Зарубины не порывали связи с владельцем гаража в Сен-Клу, который вместе с семьей часто навещал их и очень лестно отзывался о них в кругу своих знакомых.

Сперва фирма Зарубина занималась кулинарной рекламой. Затем перешла на изготовление плакатов, изображавших кинозвезд в полный рост и выставлявшихся около кинотеатров, где демонстрировались фильмы с их участием. Связь с известными киностудиями и прокатными компаниями создала предприятию хорошее имя. На счет фирмы потекли деньги из различных городов Франции. Позднее компания начала делать рекламу на экспорт, что поощрялось французскими властями, поскольку это способствовало притоку иностранной валюты в страну. Солидность фирмы позволила Василию стать членом одного из ведущих спортивных клубов, что обеспечивало хорошие условия для ведения разведывательной работы.

Занимаемое Зарубиным солидное положение во Франции не вызывало каких-либо подозрений к нему со стороны местных спецслужб. Разведчик пользовался авторитетом во французских деловых кругах и сумел наладить получение информации, касающейся внутренних и международных проблем.

Однако основная задача, поставленная Центром перед нелегальной резидентурой Зарубина, заключалась в сборе сведений о Германии. Выполняя ее, Зарубин завербовал французского журналиста-антифашиста, стенографистку немецкого посольства, технического секретаря одного из депутатов французского парламента. От этих источников на постоянной основе поступала информация, представлявшая большой интерес для Центра.

Разведчики-нелегалы Зарубины активно работали и по белогвардейской эмиграции. В частности, в Париже они поддерживали связь с ценным агентом ОГПУ, бывшим царским генералом Павлом Дьяконовым, который в прошлом занимал пост военного атташе России в Англии, а в 1920 году переехал на жительство во Францию и имел широкие связи в русской военной эмиграции. Он выполнял задания по разложению Русского общевоинского союза — крупнейшей белогвардейской организации, готовившей вооруженные акции против СССР и его представителей за рубежом. Генерал также снабжал Центр информацией о деятельности французской военной разведки.

### РАБОТА В ТРЕТЬЕМ РЕЙХЕ

Во Франции Зарубины находились до 1933 года. По приезде в Москву после четырехлетнего пребывания на нелегальной работе, не получив даже кратковременного отпуска, они сразу же были вновь откомандированы за рубеж, теперь — в Германию.

Обстановка в этой стране в связи с приходом Гитлера к власти осложнилась. По существу, прекратилась деятельность советской нелегальной резидентуры в связи с отъездом на родину большинства оперативных работников. Зарубин получил задание в кратчайший срок восстановить деятельность разведывательной сети. Супругам предстояло обосноваться в Третьем рейхе, принять на связь агентуру и приступить к добыванию интересующей Москву информации о внутренней и внешней политике нацистов, особенно — касающейся планов в отношении СССР.

До Берлина Зарубин и его жена добирались по разным маршрутам. О получении вида на жительство на длительный срок не могло быть и речи. Поэтому сначала супруги находились в нацистском рейхе в качестве туристов. Тем не менее они сразу же приступили к приему на связь агентуры. Нелегальная резидентура была сформирована в кратчайшие сроки. В нее вошли оперработники, приехавшие в Берлин вслед за резидентом, а также шесть источников информации из числа местных граждан и иностранцев. Через некоторое время из Берлина в Центр полетели важные донесения.

Зарубин лично поддерживал конспиративные связи с наиболее ценными агентами, среди которых был, в частности, сотрудник гестапо Вилли Леман (псевдоним "Брайтенбах"). Он возглавлял отдел гестапо по борьбе с "коммунистическим шпионажем" и, пользуясь своим служебным положением, неоднократно спасал резидентуру НКВД от провалов, предупреждал о провокациях, которые готовились против советского дипломатического представительства и его сотрудников в Берлине. От "Брайтенбаха" регулярно поступала информация о внутриполитическом положении в Германии, ее военных приготовлениях против соседних стран. В 1935 году он сообщил сведения о создании Вернером фон Брауном принципиально нового вида оружия — знаменитых ракет "Фау". Успешная работа с Вилли Леманом продолжалась до отъезда Зарубиных из Берлина в 1937 году. "Брайтенбах" был передан на связь сотруднику "легальной" резидентуры и стал одним из самых результативных ее источников.

Другим ценным помощником нелегальной резидентуры Зарубина был сотрудник германского МИДа "Вальтер". Являясь членом СС, он тем не менее критически относился к нацизму, не одобрял политику Гитлера и симпатизировал нашей стране. От источника регулярно поступала документальная информация, включая телеграммы и письма германских послов в других странах, копии записок по различным политическим вопросам, которые готовились для руководящих деятелей Третьего рейха. В дальнейшем он наряду с "Брайтенбахом" стал одним из тех источников, кто проинформировал берлинскую резидентуру о готовящемся нападении Германии на СССР.

В агентурной сети нелегальной резидентуры в Берлине были лица, тесно связанные с влиятельными кругами нацистской партии. Благодаря этим связям Центр получал сведения о доверенных лицах НСДАП в германских представительствах в СССР, а также о деятельности нацистского партийного аппарата, включая и шпионаж, так как он располагал собственной разведкой. В Москву также регулярно поступали данные о тайных внешнеполитических замыслах нацистского руководства. Информация нелегальной резидентуры, возглавляемой Зарубиным, неизменно получала высокую оценку его кураторов на Лубянке. Из потока информации, направлявшейся резидентурой, следовал вывод о неизбежности военного столкновения с Германией в ближайшем будущем.

В середине 1937 года Зарубины были направлены на несколько месяцев в США для выполнения нового важного задания. В связи с реальной угрозой гитлеровского нападения на СССР, Центр принял решение реорганизовать деятельность внешней разведки. При этом упор делался на подготовку к чрезвычайным условиям. Разведчикам предстояло подобрать агентуру из числа американцев для возможной работы в Германии в военный период.

Успехи Василия Зарубина в 1937 году были отмечены орденом Красного Знамени. А в конце того же года в связи с бегством в США резидента НКВД в Испании Александра Орлова, лично знавшего нелегалов Зарубиных по их работе во Франции, они были отозваны в Москву, в центральный аппарат разведки.

### ПОЕЗДКА В КИТАЙ

Весной 1941 года руководство внешней разведки посылает Василия Зарубина в Китай с заданием восстановить связь с ценным источником Вальтером Стеннесом ("Друг"), являвшимся военным советником Чан Кайши. Хотя в прошлом Стеннес был одним из руководителей штурмовых отрядов, он критически относился к гитлеровскому режиму. Чтобы спасти Стеннеса от неминуемой расплаты (с учетом его прошлых заслуг), в далекую азиатскую страну его направил сам Геринг.

Контакт с агентом был утерян из-за репрессий, жертвой которых стал его куратор, ранее поддерживавший с ним связь. Зарубин выехал в Китай под прикрытием должности сотрудника советского банка.

Разведчик посетил "Друга" на его вилле в Шанхае и провел с ним беседу. Немец не возражал против продолжения работы. В то же время он категорически отказался от материального вознаграждения, подчеркнув при этом, что сотрудничает с советской разведкой в качестве активного борца против нацизма. Стеннес сообщил, что, по сведениям крупного чиновника, только что прибывшего из Германии, выступление Гитлера против СССР практически подготовлено. Нападение следует ожидать в самое ближайшее время. На другой встрече с оперработником, состоявшейся 9 июня 1941 года, была названа более точная дата начала войны — до 25 июня. "Друг" сообщил также, что согласно разработанному плану боевых действий кампания должна продлиться не более трех месяцев. Он просил немедленно передать эту информацию в Москву.

В тот же день в Центр ушла срочная телеграмма. Она была незамедлительно доложена Сталину. Однако он проигнорировал сообщение разведки о близящейся войне. Дальнейшее развитие событий полностью подтвердило правдивость информации Стеннеса.

На той же встрече 9 июня немец заявил, что из идейных соображений он готов информировать СССР по важнейшим политическим вопросам и попросил дать ему для этих целей связника. Работа советской разведки со Стеннесом была продолжена. "Друг" держал Москву в курсе германо-японских отношений, замыслов Берлина и Токио, касающихся СССР и Китая. Весьма важное значение имели его прогнозы относительно перспектив вступления Японии в войну против СССР на стороне Германии. "Друг" поставил в известность своего куратора об аресте разведывательной группы Рихарда Зорге.

Вальтеру Стеннесу удалось уцелеть в военном лихолетье и возвратиться в Германию, где работа с ним продолжалась до 1952 года.

Выполнив задание в Китае, Василий Михайлович возвратился в Москву. В сентябре 1941 года ему предложили выехать на работу в США и возглавить там "легальную" резидентуру. В октябре такое решение было окончательно принято руководством внешней разведки. А Верховный главнокомандующий решил лично побеседовать с резидентом.

Ночью 12 октября 1941 года Василия Зарубина вызвали в Кремль, где его принял Сталин. Он отметил, что президент и народ США поддерживают борьбу советского народа против гитлеровского нашествия. Кремль хотел бы видеть Америку своим союзником в борьбе с Гитлером. Одновременно Сталин поставил задачу советской разведке не только отслеживать события в этой стране, но и не допустить, чтобы правящие круги США сговорились с Гитлером и закончили войну сепаратным миром.

Как показало дальнейшее развитие событий, Верховный главнокомандующий проявил дальновидность. Действительно, нацистское руководство, особенно накануне краха Третьего рейха, пыталось провести сепаратные переговоры с американцами, в частности, с начальником Управления стратегических служб США (американская разведка) Донованом. Находясь в Нью-Йорке, Василий Зарубин регулярно информировал Кремль о ходе этих переговоров.

Сталин поставил также перед разведчиком задачу по сбору сведений относительно реальных сроков открытия второго фронта в Европе. Она не снималась с повестки дня вплоть до 1944 года, когда была осуществлена американо-британская операция "Оверлорд" — высадка войск союзников в Нормандии. Резидентура Зарубина успешно справилась и с этой задачей, поставленной Верховным главнокомандующим.

Через несколько дней супруги Зарубины выехали в США.

## РЕЗИДЕНТ В НЬЮ-ЙОРКЕ И ВАШИНГТОНЕ

В Нью-Йорк они добирались через Дальний Восток. Им предстояло начинать работу в Америке практически с нуля.

Дело в том, что до конца апреля 1941 года резидентуру в Нью-Йорке возглавлял Гайк Овакимян, который по прикрытию являлся инженером-консультантом смешанной советско-американской торговой компании "Амторг". Он прекрасно знал США и хорошо владел английским языком, сумел завербовать нескольких агентов по линии научно-технической разведки, долгие годы снабжавших Москву ценной информацией. Однако в апреле 1941 года его арестовали оперативники ФБР на месте встречи с одним из источников, оказавшихся подставой. Лишь по личному распоряжению президента Рузвельта Овакимян был выпущен из тюрьмы под крупный денежный залог.

Зарубины прибыли в США в январе 1942 года и сразу же активно включились в налаживание разведывательной работы. До апреля 1943 года Василий Михайлович был резидентом советской внешней разведки в Нью-Йорке,а затем до осени 1944 года — главным резидентом в США под прикрытием должности 2-го секретаря полпредства СССР в Вашингтоне. Основное его внимание было обращено на качественное улучшение агентурного аппарата. Перед войной на связи резидентуры НКВД в США имелось несколько десятков источников информации. Однако в связи с арестом резидента Овакимяна большая часть агентов была законсервирована. По предложению Зарубина Центр направил в США группу разведчиков-нелегалов для восстановления связи с агентурой и наиболее ценными источниками информации, а также для ведения новых вербовочных разработок. В 1942 году нелегальную резидентуру в США возглавил ставший в дальнейшем легендарным разведчиком Исхак Ахмеров, который успешно решил эту задачу.

Под руководством Зарубина "легальная" резидентура в 1942 году завербовала несколько новых помощников и восстановила связь с рядом законсервированных агентов. Надежные источники информации были приобретены в основных исполнительных органах власти США, в том числе в Государственном департаменте, в ряде военных структур, разведке и контрразведке, в научно-исследовательских организациях и фирмах. Резидентура вела также работу и в латиноамериканских странах.

Почти одновременно с Зарубиным в Нью-Йорк прибыл заместитель резидента по научно-технической разведке Леонид Квасников. Во многом благодаря ему резидентура сумела добыть важные разведывательные материалы, в первую очередь — по использованию атомной энергии в военных целях, по авиации и реактивной технике, радарам, другой электронной аппаратуре. Значительно позже, в середине 1990-х годов, Леонид Квасников, оперработники нью-йоркской резидентуры Александр Феклисов и Анатолий Яцков, а также несколько других разведчиков за активный вклад в дело создания отечественного ядерного оружия были удостоены звания Героя Российской Федерации.

Сотрудники советской внешней разведки в США не только своевременно информировали Центр о политике и планах Белого дома, но и оказывали влияние на решение ряда вопросов в пользу СССР через многих весьма авторитетных лиц в американском правительстве, а также среди ближайшего окружения президента Рузвельта. Им удалось сорвать сепаратные переговоры, которые вел в Швейцарии с гитлеровцами известный американский разведчик Ален Даллес.

Повышенная активность советских разведчиков не могла не привлечь к ним внимания американской контрразведки. Последней удалось установить подслушивающую аппаратуру в служебных помещениях советских учреждений. Деятельность Зарубина как резидента советской внешней разведки стала известна противнику. В конце 1944 года он был объявлен персоной нон грата...

После войны генерал-майор Зарубин занимал пост заместителя начальника внешней разведки органов государственной безопасности. В 1948 году он вышел в отставку по состоянию здоровья.

Василий Михайлович был награжден двумя орденами Ленина, орденом Октябрьской Революции, двумя орденами Красного Знамени, орденом Красной Звезды и многими медалями, нагрудным знаком "Почетный чекист". Скончался он в 1972 году. Его имя занесено на мемориальную доску в Кабинете истории внешней разведки.