# ДРУЗЬЯ НЕ УМИРАЮТ
Советская Россия, Москва, 16.12.2006 г.

Беседу вел В. ТЕТЁКИН.

С ветераном-разведчиком мы вспоминаем Маркуса Вольфа

Недавно в мир иной ушел один из самых выдающихся разведчиков XX века, бывший начальник внешней разведки ГДР Маркус Вольф. Он был грозным противником Запада. Но масштаб его личности и дел был настолько велик, что одна из крупнейших газет ФРГ "Ди Белы" после его кончины поместила огромную статью, в которой о нем говорилось с немалым уважением. Об этом необыкновенном человеке беседуем с бывшим сотрудником Первого главного управления (ПГУ) КГБ СССР, ответственным секретарем правления общественной организации "Ветераны внешней разведки" В. В. КОРОТКОВЫМ.

— Виталий Викторович! Еще совсем недавно, в июле этого года, на приеме в посольстве Белоруссии я впервые увидел Маркуса Вольфа. К сожалению, тогда поговорить с ним не довелось. Но есть, к счастью, люди, которые сотрудничали с ним многие года. Вы, насколько я знаю, из числа таких людей. Когда вы познакомились с Маркусом Вольфом?

— Это было 1954 году, когда я только начал работать в резидентуре КГБ в одной из стран Центральной Европы. Вольф занимался созданием разведсети ГДР. Конечно, были у него наши многоопытные советники, помогали в этом непростом деле. Но он стремился сам докопаться, что называется, "до земли". Теория теорией, а его интересовало, например, с какими проблемами сталкивается молодой оперативный работник. Вот меня и пригласили поучаствовать в беседе с ним. То есть уже тогда чувствовалось дотошное, тщательное отношение к делу.

— Какое впечатление он произвел на вас?

— Самое лучшее. Высокий, симпатичный, с прекрасным знанием русского языка.

— Не изменилось ли это впечатление впоследствии? Ведь людям свойственно со временем и с повышением служебного положения меняться. Причем не всегда в лучшую сторону.

— Нет, с Маркусом Вольфом этого не произошло. Мы начали общаться более часто уже в 1957-1958 годах, когда я приехал на работу в представительстве КГБ в ГДР. Позже, уже работая в центральном аппарате ПГУ, я тесно взаимодействовал с руководством родственного подразделения разведки ГДР. Мы встречались ежегодно, по очереди: раз в Москве, раз в Берлине. Так вот, каждый раз, когда мы приезжали в ГДР, нас неизменно принимал М. Вольф. Причем дважды: в начале и по завершении поездки. Ощущения от встреч с ним были самые приятные.

— А откуда у него было умение располагать к себе людей? Талант? Или выработанное качество?

— Ну, начнем с того, что это прежде всего профессиональное качество. Разведчик должен привлекать к себе людей. Он должен быть интересен. Должен быть душевный контакт с человеком, которого мы привлекаем к сотрудничеству. Это полдела. Без этого ничего не будет. Но у Вольфа это был не просто профессионализмом. Ему люди были по-настоящему интересны. В отличие от многих руководителей крупных спецслужб, он будучи в высоких чинах продолжал заниматься оперативной работой, встречался, как это называется на нашем языке, "с источниками". Зачастую это были крупные западные политики, в том числе депутаты бундестага. Они скрытно приезжали из ФРГ в Западный Берлин, оттуда — на встречу с ним в ГДР.

Ему не обязательно было заниматься этим самому. Но у него была внутренняя потребность общаться с людьми. Плюс с высоты его положения он мог выяснять вопросы стратегического характера, которые по уровню не свойственны оперативному работнику на рабочем, скажем, уровне. При этом он многие годы был "человеком без лица". Его фамилию знали, но ни одной фотографии до 1979 года (когда фотокорреспонденту журнала "Шпигель" удалось заснять его в Швеции) на Западе не было. Он работал и как разведчик, и как политик высокого уровня. Эта хватка, энергия, инициатива очень роднила его со знаменитым советским разведчиком Александром Михайловичем Коротковым (моим однофамильцем), который тогда возглавлял представительство КГБ в ГДР.

- То есть в ГДР тогда одновременно работали два Короткова?

— Да. Мы как-то выезжали вместе в одну соседнюю страну. Очень была интересная и поучительная для меня поездка. По ситуации мы вынуждены были несколько дней провести в служебной квартире. А.М.Коротков оказался исключительно интересным собеседником.

— Но вернемся к Маркусу Вольфу. Я так понял, что он был не мрачным "супершпионом", коим его изображали на Западе, а личностью весьма интересной?

— Он был человеком весьма эрудированным. Хорошо разбирался в искусстве, мог вести беседу с любым человеком практически на любую тему (это может далеко не каждый). С ним было исключительно приятно беседовать. Он буквально очаровывал собеседника.

Есть люди, в том числе и на высоких постах, инертные, держащиеся за свое кресло. А есть мыслящие, ищущие. Им даже во сне снится их работа. Маркус Вольф принадлежал ко второй категории. Он постоянно искал новые формы работы, непрерывно изучал деятельность других спецслужб, искал их слабые и сильные места, стремился накладывать их положительный и отрицательный опыт на немецкую специфику. Это была творческая личность.

— Так он еще и книги писал?

— Конечно, не во время работы. После ухода в отставку в 1986 году, пробыв 34 года на посту главы разведки. Но вот смотрите. Он написал пять книг. И все они непохожие одна на другую. Первая называется "Тройка". Это о годах, проведенных в СССР, о судьбе его и двух его друзей. Вторая книга — "Русская кухня". Это тоже о жизни в СССР, но через призму кулинарных рецептов. Читать ее — одно удовольствие. Затем — "Война на чужом поле". Это наиболее серьезная и фундаментальная книга о его работе по созданию разведки ГДР. Пятая — "Друзья не умирают" (она выдержала уже два издания). Все эти книги переведены на русский язык. У Вольфа отличный слог.

— Но разведка ГДР при нем имела грозную репутацию. Она действительно была такой мощной?

— Да. Дело в том, что основным объектом внимания наших товарищей была Западная Германия. А это те же самые немцы, что и в ГДР. То есть у них не было проблем с языком, менталитетом, знанием обычаев. Сохранялись родственные связи. ГДР и ФРГ ведь были связаны бесчисленными невидимыми связями. Для нас в КГБ подготовка разведчика-нелегала всегда была длительным и сложным процессом. Надо было осваивать местные привычки, обычаи, в совершенстве знать иностранный язык.

А для наших товарищей в ГДР таких проблем не было. Они имели огромные возможности проникновения в МИД ФРГ, в аппарат канцлера. Они прекрасно ориентировались в тамошних делах, находили нужные подходы к людям. Наши друзья, например, часто использовали "женихов" — молодых офицеров, которые легко устанавливали контакт с незамужними секретаршами правительственных ведомств. Иногда женились на них. В результате они получали бесценную секретную информацию. Сотрудники разведки ГДР, освоившись в ФРГ, через какое-то время по западногерманской квоте проникали в международные организации Запада, например, в НАТО. Разведка ГДР получала из ФРГ информацию в таких объемах, как никто другой.

— А какие были, скажем так, "звездные часы" разведки ГДР? Какие операции относятся к числу выдающихся?

— Это работа знаменитого "Топаза" — Райнерта Рупперта, который проник в святая святых НАТО — в ее штаб-квартиру возле Брюсселя. Он работал в управлении планирования НАТО и имел доступ к документам о планах НАТО в отношении СССР.

Еще большую известность приобрел Понтер Гийом — офицер разведки, который сначала был внедрен в Западную Германию и которому затем удалось проникнуть в аппарат канцлера ФРГ. Через некоторое время он стал личным референтом Вилли Брандта. С этого времени все, что шло на стол канцлера ФРГ, попадало на стол Маркуса Вольфа, а оттуда — к советскому руководству.

Еще один огромный успех разведки ГДР — это Габриэла Гаст, которая была привлечена к работе еще в бытность аспиранткой. Впоследствии она попала в западногерманскую разведку (БНД) и доросла до уровня заместителя начальника БНД. Маркус Вольф работал с ней лично. Это вообще вершина работы разведки.

Сотрудники Маркуса Вольфа проникали в Ведомство по охране конституции (контрразведку). У них там был агент Ганц Тиде в ранге заместителя главы ведомства.

— Наверное, и КГБ не зря ел хлеб на этом направлении?

— Были и у нас неплохие операции. Так, например, мы работали с Хайнцом Фельфе (псевдоним "Курт") — сотрудником БНД. Он отвечал за советское направление. Так вот с 1951 по 1961 год у разведки СССР не было ни одного провала в ФРГ. Целых десять лет! Все, что замышлялось против нас, причем по линии не только контрразведки ФРГ, но и по линии американцев в ФРГ, мы знали заранее. — Разведка ГДР успешно действовала только в ФРГ?

— Нет. Они активно работали по всей Европе, в арабских и африканских странах. Но они не разбрасывались. Выбирали ключевые страны и на них концентрировались. Мы в свое время сильно разбрасывались. Считалось необходимым иметь резидентуры чуть ли не в каждой стране мира. Потом отказались от этой явно непосильной задачи.

— Маркус Вольф был прежде всего профессионалом разведчиком или он был одновременно человеком, преданным коммунистической идее?

— Он не был просто холодным профессионалом. Он был искренним, убежденным коммунистом. Более того, он долго был гражданином СССР и после того, как стал гражданином ГДР, по-прежнему ощущал себя советским человеком. У него была глубокая убежденность в коммунистических идеалах. Он был подлинным интернационалистом. Он до самого конца действовал таким образом, чтобы это способствовало упрочению Советского Союза. Он был нашим искренним и верным другом.

— Он ведь долго жил в СССР?

— Да, его семья эмигрировала в СССР еще в 1934 году, когда ему было 10 лет. Учился в школе в Москве, затем поступил в Московский авиационный институт, мечтал стать авиаконструктором. Но в 1942 году был направлен в секретную школу Коминтерна для подготовки к засылке в Германию для подпольной работы против фашистского режима. Однако затем планы руководства изменились, и он несколько лет работал на антифашистском радио. Потом жизнь сделала еще один поворот, и в 1952 году он стал начальником разведки ГДР. Ему пришлось создавать разведслужбу практически с чистого листа.

Последний раз он был в России буквально недавно, в сентябре этого года. Ездил в Уфу. Ведь он там жил во время войны.

— А можно сравнить двух выдающихся немцев разведчиков: Маркуса Вольфа и Рихарда Зорге?

— Нет, это было бы неправомерное сравнение. Конечно, они оба были антифашистами, интернационалистами, убежденными друзьями СССР. Но у них были разные масштабы деятельности. Хотя, думаю, если бы Зорге стал начальником разведки ГДР, результаты его деятельности были бы как минимум сопоставимыми с тем, чего достиг Маркус Вольф.

— С чисто человеческой точки зрения, что он из себя представлял, какие у него были увлечения?

— Увлечения? (Задумывается. ) Пожалуй, самые простые — дача, природа, цветы. Был он человеком неприхотливым, контролировал себя в еде и в выпивке. Оттого до 80 лет был сухощавым, подтянутым. Иногда мы сидели, пили пиво. Мы, разумеется, одной кружкой не ограничивались. А он весь вечер сидел с одним бокалом. У него была очень высокая внутренняя дисциплина. Но при этом у Маркуса Вольфа было прекрасное чувство юмора.

Однако главным для него всегда было дело, которому он посвятил свою жизнь. Наши разведчики знали Маркуса Вольфа как подлинного патриота своей родины, верного друга СССР, профессионала и руководителя высшего класса. Велик его вклад в укрепление безопасности ГДР и СССР. И до последних дней он оставался несгибаемым борцом, несмотря на судебные преследования и постоянное давление со стороны властей ФРГ. Память о нашем друге мы сохраним навсегда.