# ВЕЛИКОЛЕПНАЯ ПЯТЕРКА СТЕФАНА ЛАНГА.
Трибуна, Москва, 21.05.2004 г.

Иван ДОРОНИН

Сто лет назад родился человек, чье имя золотыми буквами вписано в историю советской и российской разведки.
"Кембриджская пятерка" почти два десятка лет передавала в Москву самые секретные сведения. Создал ее Стефан Ланг.

В разведке его называли Стефаном Лангом. Именно он создал, "крестил", подготовил великолепную группу асов разведки, известную как "кембриджская пятерка". ...Читаю отчеты С. Ланга, адресованные Центру. Вот что он докладывает о своей работе по созданию разведывательной сети, о своих помощниках:

"Все они пришли к нам по окончании университетов в Оксфорде и Кембридже. Они разделяли коммунистические убеждения. Это произошло под влиянием широкого революционного движения, которое за последние годы захватило некоторые слои английской интеллигенции и в особенности две крепости английской интеллектуальной жизни — Кембридж и Оксфорд..." Автору этой записки ни Кембридж, ни Оксфорд не светили. Он родился в скромной учительской семье в Словакии, которую позже назовут белой колонией в центре Европы. Мальчика назвали Арнольдом. Через годы Арнольд Дейч стал Стефаном Лангом. Его формировали революционные годы. В 16 лет Стефан — член Союза социалистических студентов. В 1924 году вступает в компартию Чехословакии. Следующая ступенька на жизненном пути — Венский университет. Он уже выполняет задания подпольной организации Коминтерна в Вене. Выезжает в качестве курьера и связника в Румынию, Грецию, Сирию. В январе 1932 года Ланг в Москве. Можно предположить — не случайно. Друзья рекомендуют его в советскую разведку — Иностранный отдел (ИНО), который возглавляет один из соратников Ф. Э. Дзержинского — А. X. Артузов. Практика работы в подполье, навыки конспирации, знание нескольких иностранных языков свели к минимальному сроку его подготовку. Уже в октябре 1933 года Ланг получает задание — обосноваться в Лондоне и начать активную работу. Здесь он поступает в университет, изучает психологию. Учеба дала возможность заводить широкие связи среди студенческой молодежи, подбирать помощников. Стефан понимал: нужны выходцы из высшего общества. И он их нашел. "Я поминутно чувствовал, что мои идеалы и убеждения, мои симпатии и желания — на стороне тех, кто борется за лучшее будущее человечества... Олицетворением этих идей был Советский Союз. И поэтому форму своей борьбы я нашел в работе в советской разведке. Таким образом, мое вступление в ряды советской разведки — не плод слепого случая. Советский нелегал Ланг накануне Великой Отечественной войны сумел увидеть возможные варианты моего будущего". Так анализировал свой опыт Ким Филби. Он же вспоминал: "Затем наступила пора профессиональной подготовки. Товарищ Ланг, безусловно, понимал, что потребуется время, возможно, годы, прежде чем можно будет рассчитывать на получение от меня стоящей разведывательной информации. Поэтому, наряду с изучением перспектив трудоустройства и возможностей закрепиться в том или ином месте, он сосредоточил внимание на моей специальной подготовке. Должен признаться, что порою многое казалось мне нудным повторением. Однажды я заявил:

- Этот вопрос мы отрабатывали десять раз. Нужно ли повторять все снова и снова?

- Что?! — вскричал он. — Только десять раз! Вам придется выслушать это сто раз, прежде чем мы покончим с этим вопросом. Я глубоко благодарен ему за такую настойчивость. Когда я стал работать по-настоящему в нацистской Германии и фашистской Испании, я был буквально переполнен идеями безопасности и конспирации. В значительной мере именно потому мне и удалось выжить". Приобретая новые связи, встречаясь со своими помощниками, планируя и проводя сложные операции, проверяясь от возможной слежки, Ланг успевал совершать еще множество дел. Достаточно сказать, что в Англии запатентовано шесть его изобретений! Будучи прирожденным экспериментатором, он серьезно занимался совершенствованием методов снятия фотокопий с разведывательных материалов и изысканием наиболее надежных способов пересылки их в Центр. Он интересовался практическим применением новых открытий в науке и технике, в частности, использованием ультрафиолетовых лучей для фотографирования в темноте.

С болью в сердце я перелистываю переписку резидентуры с Центром, письма С. Ланга в Центр, датированные второй половиной 30-х годов. Атмосфера недоверия и подозрительности распространилась и на разведчиков, и на их помощников. Многих из них необоснованно обвинили в связях с контрразведкой противника, в двойной игре. Некоторым помощникам вменяли в вину то, что они были завербованы "врагами народа", то есть репрессированными сотрудниками разведки. В одном из документов Центра (1939 год) предлагалось прекратить работу даже с "кембриджской пятеркой".

Вероятно, в то время Стефан мучительно искал ответ на вопрос: что происходит в стране, которой он беззаветно служит? В сентябре 1937 года С. Ланга отозвали из Лондона в Москву. Начался, пожалуй, наиболее тяжелый период его жизни. Довольно быстро и успешно отчитавшись о своей работе, он долго оставался не у дел.Потянулись тоскливые дни вынужденного безделья. Его руководители один за другим оказывались в лагерях. В начале 1938 года Стефан написал рапорт начальнику отдела:

"...По различным причинам я считаю очень важным возобновить если не личный, то письменный контакт с нашими товарищами. Все наши люди молодые и особенного опыта в нашей работе не имеют. Для них общение со стороны наших людей является чем-то надежным, в чем можно быть абсолютно уверенным. Не получая от нас никаких известий, они должны испытать разочарование — все они работают из-за убеждений и с энтузиазмом, и у них легко может возникнуть мысль, что от них отказались. Я не хочу поднимать панику, но в интересах нашей дальнейшей работы мы должны избегать всего того, что могло бы их разочаровать, чтобы у них не пошатнулась вера в нашу надежность и пунктуальность. Я хотел еще раз указать на особый состав нашего аппарата. Все они верят нам. Они уверены, что мы всегда на месте, всегда везде, что мы ничего не боимся, никогда не оставим никого на произвол судьбы, что мы прежде всего аккуратны, точны и надежны. И успех нашей работы отчасти основывался до сего времени на том, что мы никогда их не разочаровывали. И именно теперь очень важно в психологическом отношении, чтобы мы послали им о себе весточку даже и в том случае, если мы не начнем с ними тотчас же работать". Связь с друзьями Ланга была восстановлена, и почти все они продолжили активную работу. 19 декабря 1938 года помощник начальника отделения Сенькин представил рапорт на имя начальника отдела Деканозова (расстрелян в 1953 году по делу Берии) о выплате преподавателю 165 рублей за занятия со Стефаном. Последовала резолюция: "Т. Сенькин! Не занимайтесь чепухой. Стефана надо хорошо проверить, а не учить языкам. Деканозов". В конце 1938 года новый руководитель Ланга в рапорте на имя Берии указывает, что Ланг уже 11 месяцев "сидит без дела". На этом рапорте "милостивая" резолюция: "Вр. устр. на другую работу вне НКВД. Л. Б.". Так Стефан становится научным сотрудником Института мирового хозяйства и мировой политики АН СССР. На этом месте с его знаниями и опытом он действительно мог принести и принес немало пользы.

22 июня 1941 года гитлеровская Германия напала на СССР. Новое руководство разведки принимает решение направить Ланга на нелегальную работу в Латинскую Америку. В ноябре 1941 года группа была готова к отъезду. Предполагалось направить разведчиков через Иран, Индию, страны Юго-Восточной Азии. На рассвете 7 декабря японские самолеты внезапно обрушились на американскую военно-морскую базу Перл-Харбор на Гавайях. Завязалась война между Японией и США.

Этот путь стал опасным.

Начались мытарства по морям и странам. Сыпной тиф в Баку. Затем Персидский залив - Тегеран — Карачи — Бомбей — Коломбо — и снова Персидский залив. В июне 1942 года разведывательная группа вновь оказалась в Тегеране. В письме С. Ланга на имя начальника разведки — крик души патриота:

"Уважаемый товарищ Фитин!

Обращаюсь к Вам как к начальнику и товарищу. Вот уже 8 месяцев я со своими товарищами нахожусь в пути, но от цели мы так же далеки, как и в самом начале... Разрешите мне вернуться в СССР и пойти на фронт для выполнения непосредственной для войны работы. Если я нужен, пошлите меня на подпольную работу куда хотите, чтобы у меня было сознание, что я делаю что-нибудь непосредственно для войны, для победы против фашистов...

С лучшим приветом Стефан". Через несколько дней в Тегеране была получена телеграмма о немедленном отзыве в Москву Стефана и его группы. Разработан новый вариант поездки, на этот раз Северным морским путем, с первым же караваном, отходящим из Архангельска в США 29 июля. Однако что-то помешало отправке с этим караваном. Стефан летит в бухту Провидения, добирается до Диксона... Здесь два танкера — "Донбасс" и "Азербайджан" — готовятся к рейсу на Восточное побережье США, в Нью-Йорк, Филадельфию. Оттуда, как намечалось, Стефан должен был нелегально пробраться в Аргентину. Но "Донбасс" до цели не дошел. Его потопили фашистские самолеты. А теперь несколько строк из официальных документов архива СВР: "В период войны благодаря источникам, приобретенным С. Лангом, резидентура имела доступ практически ко всем секретным документам английского военного кабинета... Ким Филби первым передал сведения о подготовке немцами операции "Цитадель" (наступление на Курской дуге). Дешифровка английской разведкой немецких радиограмм, о которых стало известно Филби, а через него — нашему командованию, спасла жизнь десяткам тысяч наших воинов. От него регулярно поступала информация о намерениях немецкого командования использовать на советско-германском фронте новую технику, а также о планах нацистов заключить сепаратный мир. При помощи "пятерки" разведка получила доступ к телеграфной переписке МИД Англии со своими зарубежными представителями, а также к секретным материалам англичан по вопросам послевоенного урегулирования, о содержании англоамериканских переговоров по проблемам создания атомного оружия... Только К.Филби, Г.Берджес и Д.Маклин за 17 лет сотрудничества передали резидентуре, по неполным данным, свыше 20 тысяч листов документов по политическим, экономическим, военным и оперативным вопросам". Все это было позже, когда Дейча-Ланга уже не было в живых. Но создал знаменитую, легендарную "пятерку" именно он.