# НЕСДАВШИЙСЯ ФОРТ
Независимая газета, Москва, 10.06.2005 г.

Владимир АНТОНОВ

Виктор Лягин был помощником резидента советской разведки в Сан-Франциско и руководителем подполья в Николаеве

Август 1941-го. Один из самых трагических и горьких месяцев Великой Отечественной войны. Красная Армия отступает, неся тяжкие потери. 16-го числа гитлеровские войска вошли в Николаев, который рейхсминистр Розенберг, выступая в Берлине по радио, назвал "одной из жемчужин русского Причерноморья, где немецкие солдаты чувствуют себя как на курорте". Однако миф о "курортной обстановке" очень скоро развеялся. Первый удар по оккупантам был нанесен уже в ноябре 1941 года.

НЕСПОКОЙНЫЙ КУРОРТ

Поздняя ночь. Тишину в старом городском парке, расположенном почти в центре Николаева, изредка нарушали лишь звуки моторов автомашин, въезжающих на устроенные здесь немцами военный склад и автобазу, да шаги часовых. И вдруг взрывы потрясли ночной город, вспыхнуло пламя. В огне сгорели 15 грузовиков с оборудованием и техникой и 20 тонн горючего. Погибли несколько десятков солдат и офицеров.

В январе 1942 года на том же складе в парке имени Петровского вновь была осуществлена диверсия, которая наглядно показала, что усиленные меры охраны не спасут гитлеровцев от возмездия. На этот раз они потеряли 20 автомашин с военной техникой и большое количество горючего. Конечно, эти акции не имели стратегического значения, зато произвели огромный психологический эффект. Всем стало ясно, что спокойная жизнь захватчиков в городе кончилась.

Но главное — осталась невыполненной задача, поставленная перед шефом судостроительных заводов Причерноморья адмиралом фон Бодеккером, — наладить ремонт и выпуск новых кораблей для Германии. В марте 1942 года был затоплен железобетонный плавучий док водоизмещением 6 тыс. тонн. Летом того же года взрывается котел у стоявшего на ремонте румынского парохода. Постоянно портится оборудование на предприятиях.

Диверсии следуют одна за другой. Самым значительным ударом для немцев явился вывод из строя Ингульского военного аэродрома. 10 марта 1942 года взлетели на воздух 2 ангара, авиамастерские, были уничтожены 27 самолетов, 25 новых авиамоторов, бензохранилище. Двое суток пылал гигантский костер. А в августе участь Ингульского разделил военный аэродром в районе Широкой Балки. Вдобавок летели под откос эшелоны, тонули суда, на длительный срок выходили из строя паровозы. В Николаеве все чаще появлялись листовки, призывающие к сопротивлению врагу, рассказывающие правду о положении на фронтах. Чувствовалось, что все эти действия направляет и координирует умелая, твердая и опытная рука...

С самого начала оккупации Николаева на квартире у Эмилии Дуккарт в доме № 5 по Черноморской улице начали часто собираться весьма влиятельные гитлеровцы. У вдовы немца-колониста звучала музыка, мастерски исполняемая очаровательной дочкой хозяйки Магдой, велись непринужденные разговоры, гости веселились. Они не чаяли души и в Викторе Корневе — муже Магды, симпатичном и обаятельном собеседнике, подкупавшем умом, рассудительностью, остроумием и великолепным знанием немецкого языка.

Корнев работал инженером на Черноморском судостроительном заводе, пользовался у оккупантов доверием и заслуженно считался высококвалифицированным специалистом. Адмирал фон Бодеккер, переводчицей которого являлась Магда, лично выписал ее супругу пропуск, дававший право ходить по городу в любое время суток. Никак не могли подумать немцы, что этот милейший человек — руководитель нелегальной разведывательно-диверсионной резидентуры капитан госбезопасности Виктор Лягин, возглавляющий одновременно николаевское подполье.

ПРАВИЛАМ ВОПРЕКИ

31 декабря 1908 года у супругов Лягиных родился сын Виктор. А всего в семье железнодорожного служащего станции Сельцо Орловско-Витебской железной дороги, что в полутора десятках километров от Брянска, было семеро детей. Потом Витя переезжает в Ленинград, где живет и воспитывается в семье своей старшей сестры Анны Александровны. Здесь он окончил среднюю школу, работал пионервожатым, инструктором Володарского райкома комсомола.

В 1929 году Виктор Лягин поступает в Ленинградский политехнический институт, на механико-математический факультет. В 1936-1938 годах трудится инженером-технологом на Ленинградском станкостроительном заводе имени Ильича. Один из тех, кто хорошо знал Виктора, много лет спустя рассказывал: "Вспоминая о нем, невольно удивляешься, как он успевал одновременно работать на заводе, учиться метко стрелять, прыгать с парашютом, водить автомашину, отлично фотографировать, заниматься тяжелой атлетикой, старательно изучать иностранные языки. Его отличали неукротимая энергия и творческое горение в работе. Это был веселый, подтянутый высокий человек с чудесными искрящимися глазами". Вторая половина тридцатых годов — это время, когда в Европе поднял голову фашизм. Лягин, как и многие другие молодые граждане СССР, стремится попасть добровольцем в Испанию. Однако по рекомендации партийных органов в июне 1938 года он становится чекистом и после окончания месячных оперативных курсов направляется в Москву, в центральный аппарат НКВД СССР для прохождения службы во внешней разведке. Вскоре Виктор уже начальник одного из отделений 5-го отдела Главного управления государственной безопасности, а потом и заместитель начальника этого отдела. Выезжает в краткосрочные командировки за рубеж для выполнения специальных заданий по линии научно-технической разведки. В июле 1939 года Лягин едет в США — помощником резидента НКВД в Сан-Франциско, где руководит сбором информации по американским военно-морским судостроительным программам и по технологическим новинкам на предприятиях Западного побережья США. Через завербованную им агентуру Центр получил технические данные и описание устройств для защиты судов от магнитных мин, сведения о планах Вашингтона по строительству авианосцев, другие ценные разведывательные материалы. Затем по июнь 1941 года Виктор Александрович был сотрудником резидентуры внешней разведки в Нью-Йорке под прикрытием должности инженера Амторга. Добился результатов в вербовочной работе и в сборе важной научно- технической информации.

Один из видных советских разведчиков, Герой Российской Федерации Александр Феклисов писал: "Прибыв в резидентуру в начале 1941 года, я несколько раз встречал ладно скроенного, красивого молодого блондина. Позднее я узнал, что это наш разведчик Виктор Лягин, работавший инженером в Амторге. Он запомнился мне тем, что порой подолгу молча сидел в углу комнаты и напряженно о чем-то думал.

Товарищи говорили, что Лягин крайне болезненно переживал развитие обстановки в Европе и агрессивность гитлеровской Германии. Вскоре неожиданно для нас он незаметно исчез — уехал в Москву. А через несколько лет из газет мы узнали, что Лягин успешно руководил нелегальной разведывательно-диверсионной резидентурой в тылу немецких войск".

Предчувствуя неизбежность войны с фашистской Германией, Лягин подал руководству рапорт с просьбой отозвать его на Родину. Возвратившись в Москву, Виктор некоторое время возглавлял отделение научно-технической разведки, а затем с группой сотрудников, главным образом — добровольцев, был направлен в Николаев для организации разведывательно-диверсионной работы.

Вспоминает генерал-лейтенант Павел Судоплатов — в период Великой Отечественной войны начальник 4-го управления НКВД, руководившего партизанскими и разведывательно-диверсионными операциями в тылу противника: "Группой в Николаеве руководил бывший заместитель начальника англо-американского отдела и научно-технической разведки НКВД Виктор Лягин. В тыл противника он отправился по собственной инициативе. Поскольку до этого Лягин работал в США, достаточного опыта контрразведывательной работы у него не было, но он горел желанием отличиться на войне. Его вело бесстрашие. Он оставил семью, все свои привилегии руководящего работника, даже личную автомашину, что было в то время большой редкостью, которую он привез из-за границы. Несмотря на мои возражения, он добился приема у Берии и лично подписал рапорт у руководства Наркомата внутренних дел о направлении его резидентом в Николаев накануне оккупации города. Обосновывал Лягин свое решение тем, что возглавить резидентуру крупных портовых районов, захваченных противником, может только человек, имеющий хорошую инженерную подготовку. Такая подготовка у него была. Однако мы категорически возражали против этого, зная, что он был довольно обстоятельно осведомлен о работе нашей разведки за кордоном. И назначение такого человека на рискованное дело противоречило нашим основным принципам и правилам использования кадров".

МАРШРУТНИКИ

28 июля 1941 года Лягин (оперативный псевдоним "Форт") под именем Виктора Корнева прибыл в Николаев. Времени для того, чтобы провести все необходимые мероприятия для обеспечения будущей трудной и опасной деятельности, было мало. Приходилось наряду с выполнением служебных обязанностей инженера-технолога вместе с работниками местных органов госбезопасности срочно доукомплектовывать нелегальную разведывательно-диверсионную резидентуру.

Ядро резидентуры "Маршрутники" составляли ленинградские чекисты. В группу входили: Александр Сидорчук (заместитель резидента), Григорий Гавриленко (связной резидента), Александр Николаев (связной с николаевским городским подпольем), Петр Луценко (подрывник, минер), Александр Соколов (специалист по подрыву железнодорожных путей) и Демьян Свидерский. Уже в Николаеве к группе были прикомандированы радист Борис Молчанов и сотрудники местного управления НКВД Иван Соломин и Петр Шаповал. В доме # 12 по улице Рыбной находилась конспиративная квартира "Маршрутников". Ее хозяйкой была Елена Полохова, работавшая ранее в одной из воинских частей Черноморского флота.

Квартиру Дуккарт Виктор Александрович выбрал по совету сотрудников местных органов госбезопасности. Еще до появления Лягина в Николаеве у Эмилии Иосифовны состоялся трудный разговор с чекистами. Они знали, что ее дочь Магда специально приехала за матерью из Ленинграда, чтобы вместе эвакуироваться. Но Эмилию Иосифовну удалось уговорить остаться в городе. Очень нужна была квартира Дуккартов, нужна была живущая в ней немецкая семья, "лояльная" оккупантам. Но теперь старшей Дуккарт пришлось объяснить дочери, почему они вдруг остаются и что за человек должен поселиться в их квартире накануне прихода немцев. Пылкая, эмоциональная Магда негодовала. Когда Виктор Александрович впервые появился у Дуккартов и представился Корневым, инженером судостроительного завода, гнев Магды, ненавидевшей фашистов, обрушился на него. Она упрекала Виктора в желании гнуть спину на гитлеровцев, за то, что он, молодой и здоровый мужчина, не на фронте. Корнев спокойно выслушал нападки и тихо заметил: "В жизни есть много такого, о чем скоропалительно судить не положено". Более сердцем, чем разумом, поняла Магда смысл этих слов.

ПОДПОЛЬЕ

Помимо диверсионной работы сотрудники нелегальной резидентуры вели активную разведку. Благодаря их усилиям советскому командованию становились известны данные о перемещении войск противника и перевозке грузов, о состоянии неприятельской армии.

Разведчики пытались установить связь с другими подпольщиками, действующими в городе. С этим заданием успешно справился второй связной Лягина Александр Николаев. Было налажено надежное взаимодействие с группами Бондаренко, Защука, Комкова, с руководителем разведгруппы ГРУ Генерального штаба Красной Армии Андреевым. Удары патриотов становились все более мощными и целенаправленными. Регулярная связь с Москвой позволяла сообщать точную и своевременную информацию о противнике. Но:

Жизнь разведчика всегда подвержена смертельному риску, особенно в период боевых действий. 14 сентября 1942 года арестовали Андреева. Мужественный военный разведчик выдержал все пытки и был вскоре расстрелян. О том, что он схвачен, Лягин узнал в тот же день от Саши Николаева. Это известие его очень встревожило.

Требовалось немедленно выяснить, в каком состоянии находятся подпольные организации и группы после ареста Андреева, и принять необходимые меры. Лягин решил встретиться с одним из руководителей подполья Бондаренко. Состоявшаяся встреча имела чрезвычайно важное значение для всей дальнейшей работы николаевского сопротивления.

Внимательно выслушав сообщение Бондаренко, Лягин посоветовал для более эффективной борьбы с врагом собрать воедино силы подпольщиков, создать общее руководство, боевой штаб организации. 30 сентября состоялось совещание, принявшее решение об объединении. На нем присутствовали Защук, Бондаренко, Комков, руководители подпольных групп Воробьев, Соколов, Кубрак и некий Круглов.

Были созданы подпольная организация "Николаевский центр" и его руководящий комитет в составе пяти человек. Председателем стал Защук, его заместителями - Бондаренко и Комков, членами — Воробьев и Соколов. Сам Лягин не вошел в состав комитета — необходимо было соблюдать строжайшую конспирацию. Однако вся работа "Николаевского центра" велась под его непосредственным руководством. "Центр" объединил более 25 групп и организаций не только Николаева, но и Херсона, других районов области.

ПОДВИГ ПОСЛЕ ПРОВАЛА

Осенью 1942 года стало известно: Круглов — провокатор. Бондаренко вышел на связь с Лягиным. После всестороннего анализа положения, в котором оказалась организация в связи с проникновением в ее ряды гестаповского агента, руководитель "Николаевского центра" дал указание усилить конспирацию. Были изменены пароли, явки, часть подпольщиков выехала из города. Члену руководящего комитета Соколову было поручено убрать предателя, но тот, почуяв неладное, сбежал в Одессу. Лишь спустя много лет его настигла справедливая и суровая кара.

В Николаеве начались аресты. Гестапо схватило Воробьева и Защука. Раненому Комкову удалось скрыться после ожесточенной перестрелки, в ходе которой он убил начальника жандармерии и смертельно ранил следователя тайной полиции. В конце января 1943 года фашисты напали на след связного Лягина Григория Гавриленко. Когда за ним пришли, Гавриленко выпрыгнул в окно и спрятался во дворе находившейся рядом с его домом поликлиники. Для того чтобы спасти своего связного, Лягин обратился за помощью к врачу Любченко. По имевшимся у него сведениям, эта женщина была оставлена в городе для подпольной работы. Но Любченко сразу же сообщила оккупантам о просьбе. 5 февраля Гавриленко очутился в германском застенке. В тот же день гестаповцы заявились на Черноморский судостроительный завод...

Позже были схвачены или погибли, оказывая сопротивление, и другие члены разведывательно-диверсионной группы Лягина, а также его радисты Борис Молчанов и Геннадий Пономаренко. (После освобождения Николаева Любченко была разыскана и приговорена судом к высшей мере наказания.)

Многое успел сделать Виктор Лягин. Восемнадцать месяцев действовала в тылу оккупантов его резидентура. По признанию самих немцев, только крупные диверсии николаевских подпольщиков причинили ущерб на сумму, превышающую 50 млн. марок. То, что сделал Лягин, — подвиг. Но борьба его не кончилась после ареста. Она шла еще пять долгих месяцев, пока продолжались изнурительные допросы и жесточайшие пытки. Но ни слова признания не вырвали у разведчика фашисты. 17 июля 1943 года Виктора Лягина расстреляли.

"За образцовое выполнение специальных заданий в тылу противника и проявленные при этом отвагу и геройство" капитану госбезопасности Лягину Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 ноября 1944 года было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.