# НЕЛЕГАЛЬНЫЕ СУПРУГИ
Век, Москва, 03.08.2001 г.

Елена МАЙДАНОВА, Ижевск

За 55 лет совместной жизни они женились трижды, причем в разных странах и под разными именами.

Они жили и работали в Европе, Африке, США, Иране и Китае. Супруги Вартанян — сотрудники Внешней разведки Российской Федерации. Некоторыми секретами своей "нелегальной" жизни они поделились с корреспондентом "Века". Встреча состоялась при содействии Управления ФСБ РФ по Удмуртской Республике.

Первое задание Георгий Андреевич Вартанян, внук сельского учителя и сын кадрового сотрудника Управления внешней разведки ОГПУ-НКВД, получил от отца в Иране. Тогда же твердо усвоил: в случае провала разведчик-нелегал ни в коем случае не должен открывать страну, на которую работал, и рассчитывать на ее поддержку и скорую помощь.

В Европе в то время грохотала вторая мировая, а на Ближнем и Среднем Востоке разворачивалось противостояние английской и немецкой разведок. В нашей разведке иранскому направлению уделялось особое внимание. Смышленый парнишка привлек к работе своих приятелей, в том числе и будущую жену, которой тогда исполнилось 13 лет. Группа Георгия Вартаняна выполняла функции связных. Они носились по Тегерану на велосипедах — высматривали подозреваемых в связях с немецкой агентурой, приглядывали за "союзниками" — англичанами, отслеживали подозрительные квартиры. Случались курьезы. Как-то раз обратили внимание на "нехорошую квартиру", которую снимали двое иностранцев: провода на балконе, особые методы конспирации — что-то не так... Доложили нашему резиденту в Тегеране, тот выслал группу захвата. Точно: и радиостанция, и секретные документы, и средства тайнописи. Те двое держались мужественно, молчали. Доложили в Москву. А оттуда пришло разъяснение — это наши!

В 1943 году, как известно, в Тегеране готовилась встреча "большой тройки" — Рузвельта, Сталина и Черчилля. Бдительность подростков в принципе была поддержана. Иранская контрразведка могла схватить любого по малейшему подозрению. Пришлось и Вартаняну провести три месяца в иранской тюрьме, или, как ее называли местные жители, в "клоповнике". Тот случай вспоминается неохотно: "Вызывали на допросы, пару раз избили, но ничего не нашли. Пришлось выпускать". Это был не провал — своего рода издержки профессии.

В начале 50-х годов супруги приезжают в СССР на учебу. Приходилось довольно трудно — они же по-русски за рубежом никогда не говорили. Был, правда, один-единственный случай, когда в парикмахерском салоне где-то в Европе жена, забывшись, сказала: "Я уже почти готова", о чем с содроганием вспоминает до сих пор. К счастью, никто не обратил внимания. На вопрос: "В скольких странах вам пришлось работать?" — следует ответ: "Надо посчитать". "Сколько языков пришлось изучить?" — "По мере необходимости".

Однажды чуть не подвела легенда, согласно которой наш преуспевающий бизнесмен несколько лет провел в Италии. Надо же было такому случиться, что на одном из приемов он познакомился с итальянцем, который радостно залепетал на родном языке. А наш человек был вынужден только кивать головой и время от времени поддакивать: "Си, си..." ("Да, да..."). Это потом жена подшучивала над ним: "Шесть лет прожил в Италии, а сам только "си-сикать" научился".

Они сожалеют: "Россию мы почти не видели, но жили ее жизнью, хотя и были "там". В Европе им нравилось больше, чем за океаном. "Американцы другие, все меряют на деньги, невнимательны, может быть, по причине избыточного самодовольства. Как-то пришлось сидеть за одним столиком с американцем (кстати, из спецслужб). Тот прочитал целую лекцию о том, как он, профессионал, убежденный антикоммунист, с первого взгляда безошибочно распознает любого, даже отлично законспирированного "красного". Георгий Андреевич смеется: "Уж эти мои друзья из ЦРУ и ФБР..."

Английскую разведку и контрразведку супруги уважают за интеллигентность и традиции, неплохо относятся к французским спецслужбам, признают за итальянцами мастерство в использовании "подстав" — лжеагентов, а вот американцев считают слишком разболтанными и одновременно нахрапистыми, что им, конечно, вредит. Все контрразведки мира, говорят они, уважительно относятся к иностранцам, которые занимаются бизнесом и как налогоплательщики приносят доход стране проживания: "А если ничем не будешь там заниматься, тобой займется контрразведка".

Труднее всего им было привыкать к смене имени, биографии и легенды. Особую опасность представляют нежелательные встречи с людьми, которые знали тебя под другими именами. А такие случаи не редкость: "Наш шарик стал такой маленький, что встречаешься с кем попало". Как-то в одной из европейских стран на пустынной улочке в начале 60-х годов Георгия Андреевича окликнули по имени. Оказывается — старый школьный приятель еще по Тегерану. Хорошо, что он давно покинул Иран, легенде ничто не угрожало...

28 мая 1984 года они получили из Центра короткое шифросообщение. Разведчики удивились, даже встревожились. Обычно так сообщали о смерти кого-то из близких. Последний раз так было с известием о смерти его тестя. На этот раз поступила информация о присвоении Георгию Андреевичу звания Героя Советского Союза. Его супруга Гоар Левоновна была награждена орденом боевого Красного Знамени. Впервые после войны действующий разведчик стал Героем. "Хотя, — вспоминает он, — тогда наша разведка была скуповата на награды, сейчас стало иначе". Как следует отметили двойной праздник: награды и то, что все хорошо, а вскоре получили приказ готовиться к возвращению домой.

"Мы угадывали следы и результаты нашей работы в нотах МИД СССР, мы гордились своей страной", — вспоминает супруга. На вопрос: "Не возникало ли желания просто остаться там, отойти от нелегальной деятельности и спокойно доживать прилично обеспеченную старость?", — ответом был недоуменный взгляд: "Никогда. Мы прожили очень хорошую жизнь, трудную, но интересную. И если бы представилась возможность выбирать еще раз, то выбрали бы ее же и занимались бы тем же..."